Стилист

Даже его теплый взгляд уже не имел над ней той власти. А ведь две недели назад она все еще поддавалась его обаянию…

– Ты обманываешь меня, – сказал Соловьев, не отпуская ее руки. – Я тебе не нужен. Я не знаю, зачем ты приезжаешь ко мне. Очень хотелось бы верить, что не из жалости, но другого объяснения я не нахожу. Не нужно меня жалеть, Настюша. У меня все в порядке.

– А теперь ты меня обманываешь. Если бы у тебя было все в порядке, ты бы не тосковал. Может быть, тебе просто нужна женщина? Все равно какая, совсем не обязательно именно я.

– У меня есть женщина. Но мне нужна ты. Впрочем, это тебя ни к чему не обязывает. Мало ли кто мне нужен? Это вовсе не означает, что ты должна немедленно бросать мужа.

Настя с трудом сдержалась, чтобы не расхохотаться. Даже в такой непростой ситуации Соловьев остается самим собой – самоуверенным самцом. С чего он взял, что она захочет бросить мужа, поверив в чувства своего бывшего возлюбленного? Да еще немедленно. Не был бы он инвалидом, она, конечно, сказала бы ему все, что думает, не особо выбирая выражения и не стесняясь. Интересно, о какой женщине он говорит? Две недели назад Соловьев уверял, что дамы сердца у него нет. Лгал? Или она появилась за эти две недели? Уж не прелестная ли Марина?..

– А та женщина, которая у тебя есть, тебя не устраивает? Зачем тебе я?

– Я не буду обсуждать ее с тобой, – решительно ответил Владимир Александрович. – Но я хочу, чтобы ты знала: я могу в любой момент расстаться с ней.

– Ради меня?

– Да. Ради тебя.

– Соловьев, я не стою таких жертв.

Настя осторожно высвободила руку и полезла в сумку за сигаретами.

– Я скучная деловая женщина, начисто лишенная романтизма, как ты сам справедливо заметил. Тебе не будет хорошо со мной. Я всегда была немного суховатой, а теперь стала просто жесткой, как кусок хлеба двухнедельной давности. Тебе нужна женщина, которая будет тебя обожать, а я уже разучилась это делать.

– Ты не права. Женщина, которая обожает меня, у меня есть. Но мне нужна та, которую я буду любить. Впрочем, наши препирательства лишены смысла. Я тебе не нужен, и мне придется с этим смириться. Хотя, должен признаться, ты мне подала надежду. Это жестоко с твоей стороны.

– Неправда, Володя. Я не подавала тебе никаких надежд. Я честно сказала тебе в первый же раз: мне нужно понять, освободилась ли я от тебя. И ничего другого.

– Значит, я неправильно тебя понял.

– Значит, неправильно.

– Но ведь ты скучала по мне, ты сама говорила об этом по телефону.

Настя почувствовала, что смертельно устала. Она устала от поисков маньяка. Она устала от Соловьева и от этого бесцельного разговора, который ни к чему не приведет. Она понимала своего бывшего возлюбленного, каждое его побуждение, каждую мысль, словно видела его насквозь.