Стилист для снежного человека

– Собери журналюг, побольше, и честно расскажи все, с самого начала, с шестидесятых годов, про Веру, ну и так далее. Тебя поймут, к тому же участники событий давно покойники.

– Богоявленский жив!

– Пустяки, он безумный старик.

– Окстись, Владлен нашего возраста.

– Так мы и есть старики, – засмеялся Ремизов, – поверь, лучше упредить удар, пусть потом этот твой человек в черном губы кусает, ну как шантажировать личность, которая все секреты сама растрепала.

– Нет, не могу! Меня проклянут.

– Кто?

– Бурмистров и Коган.

– Они умерли.

– А жены? А дети? А внуки? Господи, что я наделал, что!

– Никита, успокойся.

– Скажи, ты осуждаешь меня?

– Нет. И говорил тебе об этом не один раз. Ты спасал Веру.

– О боже, не спас ведь!

– Хоть попытался! А теперь поверни ситуацию наоборот, ты отказался от предложения Ивана Ивановича, и Вера скончалась. Ну и каково тебе было бы потом? Так хоть ты ощущаешь, что сделал все возможное, пытался вырвать ее у смерти, и ведь почти удалось! Подарил Вере два года жизни! Два!!! Вдумайся! Сколько умирающих сейчас людей мечтают о таком счастье!

– Нет, – пробормотал Никита, – невозможно, я не сумею открыться, я выполню его требование. В общем-то, ерунда, сниму в главной роли эту Звонареву.

– И провалишь работу, деньги потеряешь.

– Они не мои, а его.

– У тебя безукоризненная репутация режиссера, выпускающего фильмы экстракласса.

– Справлюсь, если совсем не потянет, придумаю фишку какую-нибудь, выкручусь, – с жаром воскликнул Никита, – ты только никому ни слова, ни гугу.

– Странная просьба, – глухо ответил Олег, – по-моему, за долгие годы ты мог убедиться в моем умении держать язык за зубами, право, обидно.

– Прости! За все! И за ночной звонок. Я дико испугался, напился…

Ремизов продолжал говорить дальше, но Илья больше не сумел подслушивать, послышался стук входной двери, на работу явилась горничная.

– Ну что, интересно? – хитро улыбнулся Илья. – Где мой коньяк? И графин, и бутылка на вынос.

Я поманила официантку.

– Подайте выпивку.

Алкоголик потер ладонью затылок.

– И лимончик, – крикнул он в спину подавальщице, – нарежь на кусочки, я не пьяница, чтобы без закуски спиртное лакать.

– Мне нужен телефон Ремизова.

– Без проблем, – заулыбался Илья, – две тысячи долларов на стол, и даю номер.

Я покрутила пальцем у виска.

– Головой не ударялся? Эту информацию легко раздобыть и без тебя. Думаю, у нас не так много переводчиков в инвалидных креслах, пару звонков в крупные издательства, и все! Но мне недосуг морочиться, поэтому вот тебе десять долларов, называй цифры.

Илья, сопя, выудил из кармана допотопный, растрепанный блокнот.