Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Тогда я и не догадывалась, что им может найтись другое применение.

— Какое? Неужели бхасмас?

Сама мысль о том, чтобы сжечь и обратить в пепел эти сверкающие вещицы, представлялась кощунственной.

Она собрала камни и высыпала их в карман. Казалось, туда пролился поток жидкого огня. Джейли удовлетворенно похлопала по карману и продолжила:

— Нет, для таких целей существуют мелкие камушки, у меня их полно. Эти нужны для другого.

Она пристально посмотрела на меня и указала головой на дверь в конце помещения.

— Пойдем в мою рабочую комнату, — предложила она. — У меня там есть кое-какие вещицы, на которые тебе, возможно, интересно будет взглянуть.

«"Интересно" — это очень мягко сказано», — подумала я.

Это была продолговатая, залитая светом комната с длинным рабочим столом-стойкой вдоль одной стены. Пучки сушеных трав свисали с потолка, другие, прикрытые марлей, были разложены на подставках для сушки вдоль другой стены. Кроме того, имелись вытяжные шкафы, буфеты, а в дальнем конце комнаты небольшой застекленный книжный шкаф.

В комнате у меня возникло легкое ощущение дежавю, но спустя мгновение до меня дошло, что оно почти полностью повторяет рабочую комнату Джейли в селении Крэйнсмуир, в доме ее первого мужа.

«Нет, второго», — тут же поправилась я, вспомнив обгоревшее тело Грега Эдгарса.

— Сколько раз ты побывала замужем? — полюбопытствовала я.

Начало своему благосостоянию Джейли положила, будучи замужем за вторым супругом, фискальным поверенным округа, где они жили, подделав его подпись и получив возможность распоряжаться его деньгами, а после этого отправив беднягу на тот свет. Я подумала, что успех этого предприятия мог подвигнуть ее усвоить сей образ действий для дальнейшего применения. В конце концов, Джейлис Дункан была пленницей своих привычек.

Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы произвести подсчет.

— Кажется, пять раз. Со времени моего прибытия сюда, — добавила она как бы между прочим.

— Пять раз, — повторила я за ней слабым эхом. Это, пожалуй, не просто привычка, а какая-то мания.

— Атмосфера здесь, в тропиках, весьма нездоровая, я имею в виду, для англичанина. — Эти слова сопровождались хитрой улыбкой. — Лихорадки, язвы, гнойники, расстройство желудка: всюду разносчики всевозможной заразы.

Улыбка лишний раз подтвердила, что к гигиене, во всяком случае к гигиене полости рта, у нее отношение заботливое. Зубы находились в прекрасном состоянии.

Она потянулась и легонько погладила небольшой стеклянный сосуд, стоявший на нижней полке. Наклейки на нем не было, но неочищенный белый мышьяк мне доводилось видеть и раньше. Больше всего меня радовало то, что я здесь ничего не ела.