Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Тоненькое хихиканье мистера Уиллоби поднималось над смехом дам. Он потешно шатался, так что едва не выбил поднос из рук проходившей служанки, и, естественно, привлекал к себе внимание. Правда, не только доброжелательное. Сурового пастора все происходящее раздражало.

— Женщину украшает умеренность, — монотонно талдычил преподобный. — Ей надлежит избегать щегольских нарядов и вычурных причесок.

Похоже, он пребывал в убеждении, что всех любительниц наряжаться и весело проводить время скоро постигнет участь Содома и Гоморры.

— Женщина, не имеющая мужа, должна посвятить себя служению Господу, а не предаваться разнузданным забавам в общественных местах. Вы только взгляните на миссис Алкотт! И это вдова, которая должна являть собой образец благочестия!

Я проследила за хмурым взглядом и увидела круглолицую жизнерадостную женщину чуть за тридцать, со светло-каштановыми волосами, уложенными вокруг головы. Ее веселил мистер Уиллоби. Эта особа вызвала у меня интерес: вот она какая, скандально известная веселая вдова из Кингстона!

Тем временем маленький китаец принялся ползать на четвереньках, делая вид, будто ищет серьгу, в то время как миссис Алкотт вскрикивала в притворном испуге, когда он норовил пошарить и у нее под юбкой. Я подумала, что, может быть, стоило бы найти Фергюса и попросить убрать мистера Уиллоби подальше от его нового увлечения, пока дело не зашло слишком далеко.

Желая показать, что находит это зрелище невыносимым, преподобный внезапно поставил свой бокал с лимонадом, повернулся и, бесцеремонно расталкивая гостей локтями, двинулся сквозь толпу к выходу на террасу.

У меня вырвался вздох облегчения: беседовать с преподобным Кэмпбеллом было все равно что обмениваться фривольностями с палачом. Хотя нет, по правде сказать, компания единственного палача, которого мне довелось знать, была бы все-таки предпочтительнее.

Неожиданно я увидела высокую фигуру Джейми, направлявшегося к двери в задней части помещения, что вела, по моим предположениям, к личным покоям губернатора. Побуждаемая любопытством, я решила присоединиться к нему. Однако народу в салоне уже набралось столько, что пробраться к двери удалось не сразу, а когда удалось, Джейми уже пропал из виду. Но меня это не остановило. Я тоже прошла в дверь и оказалась в длинном коридоре, тускло освещенном установленными в нишах свечами. Кроме того, сквозь расположенные через равные интервалы высокие створчатые окна туда попадал свет факелов с террасы, поблескивавший на металле развешанных по стенам разнообразнейших образцов холодного и огнестрельного оружия: кинжалов, шпаг, щитов, пистолетов и прочего.