Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Полагаю, он не захочет иметь с нами дело.

— Нет, захочет! Он сделает это ради меня: я ему нравлюсь.

От возбуждения Марсали чуть ли не приплясывала.

Джейми посмотрел в ее юное лицо долгим сосредоточенным взглядом.

— Ты уверена, девочка? — спросил он наконец. — Ты действительно этого хочешь?

Она зарделась и, сделав глубокий вдох, выпалила:

— Да, папа. Действительно хочу. Я хочу Фергюса! Я люблю его!

Помедлив мгновение, Джейми запустил пятерню в волосы, почесал макушку и кивнул.

— Ну что ж, ладно. Иди и пришли ко мне мистера Штерна, а потом найди Фергюса и скажи, чтобы готовился.

— Ой, папа! Спасибо, спасибо!

Марсали бросилась ему на шею и поцеловала его. Он обнял девушку одной рукой, другой придерживая на себе рубашку, поцеловал в лоб и легонько отстранил.

— Осторожнее. Ты ведь не хочешь подцепить перед свадьбой вошку-другую?

Это, кажется, кое о чем ей напомнило. Она посмотрела на меня и покраснела, подняв руку к светлым локонам, потным и кое-как собранным в растрепанный узел.

— Матушка Клэр, — смущенно пробормотала она. — Я подумала… не дадите ли вы мне кусочек того особого мыла, которое у вас с ромашкой. Я… по-моему… — Она покосилась на Джейми. — Мне не помешало бы…

— Конечно, — откликнулась я. — Пойдем со мной, и я сделаю все для того, чтобы на своей свадьбе ты была самой красивой и нарядной.

Мой оценивающий взгляд отметил круглую раскрасневшуюся мордашку, грязные босые ноги и мятое, узкое в груди муслиновое платье, обтрепанный подол которого был на несколько дюймов выше измазанных в песке лодыжек. Не лучший вид для невесты. С этой мыслью я обернулась к Джейми.

— Для свадьбы ей необходимо красивое платье.

— Англичаночка, — попытался возразить он, — но мы не можем…

— Зато священник может, — оборвала его я. — Скажи Лоренцу, чтобы он спросил отца Фогдена, не одолжит ли тот одно из своих платьев… То есть я имею в виду платья Эрменегильды. Кажется, они должны подойти по размеру.

Лицо Джейми выражало крайнюю растерянность.

— Эрменегильда? — пробормотал он. — Арабелла? Платья? — Его глаза сузились. — И что он за тип, этот священник?

Я задержалась в дверном проеме. Позади меня, в проходе, нетерпеливо маячила Марсали.

— Ну, — ответила я, — он, конечно, пьяница. И большой любитель овец. Но нужные слова должен помнить и обряд совершить может.

Это была одна из самых необычных свадеб, на каких мне доводилось присутствовать. К тому времени, когда завершились все приготовления, солнце уже давно утонуло в море, и Джейми, к превеликому удовольствию штурмана, мистера Уоррена, заявил, что не отплывет до следующего дня, чтобы дать возможность новобрачным провести ночь в уединении, на берегу.