Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

А то, что я узнала… уж прости, но яд чёрной змеи точно не идёт тебе плюсом в карму. Нас с Каем пронесло, а другие участники дисквалифицированы.

— Я… я не знаю, что на меня нашло, — он пристыженно отвёл взгляд. — Говорю же, я так обрадовался тебе. Да и отец требовал результата. А ты… всё время была с ним. Яд бы тебя не коснулся, я дал тебе противоядие. Подмешал в напиток на завтраке. И отправил змеиную тень, распылить яд. Почти сразу пожалел, но отозвать её было нельзя. А она прошлась по всем комнатам.

— Теперь может начаться проверка, — голос Ринаро примораживал к месту. Плечи Сая вздрогнули. — Мы с Рикой будем молчать, но ни на что повлиять не сможем.

— Спасибо, — приглушённо ответил Морте.

— Идёмте к лекарю, — отрезал ледышка.

Обхватив мои плечи рукой, он повёл меня к выходу.

— «Мы с Рикой»… — передразнила я его.

— Приятно звучит, дай мне насладиться, — Кай по-кошачьи прищурил свои невозможно красивые глаза.

— Ладно, наслаждайся, — великодушно разрешила я, и айкнула, когда тигр ущипнул меня за плечо. — Не дерись!

А он просто обнял меня крепче, утробно усмехнувшись.

Мы слишком устали, чтобы продолжать споры и выяснение отношений, потому подвал покинули без разговоров. Да и не болтали на пути к зданию академии. Но неприятности дня на этом не закончились. Ректор Аркон в сопровождении лекаря ожидали нас у входа.

— Рен ди Драг, — магистр смерил меня испепеляющим взглядом, — вам необходимо пройти проверку на использование запрещённых препаратов.

Вот и расплата за допинг…

Я устала нервничать. Весь мой лимит беспокойства за сегодняшний день был исчерпан. Да и что нервничать? Рена-то спасли, поэтому я спокойно наблюдала за тем, как у меня берут кровь на анализ. Только тигр сидел рядом и громко возмущённо сопел:

— Говорю же, нас пытались отравить, яд был направлен на выведение резерва из строя, но Рен принял противоядие.

Ректор Аркон перевёл на меня подозрительный взгляд.

— Мама дала, — улыбнулась в ответ, болтая ногой. На кушетке было удобно и, признаться, меня начинало клонить в сон. — Как чувствовала, что турнир не обойдётся без подстав.

— Пузырёк сохранился? — поинтересовался лекарь, разливая мою кровь по колбам.

— Мы сразу выкинули, схватили кувшин с водой и побежали сюда, — мрачно отозвался Кай.

Может быть я была так спокойна, потому что хорошо знала маму? Она ведь лиса… хитрая, умная, ловкая. Она не стала бы давать мне то, что легко обнаружить. И моя невозмутимость играла нам на руку, ректор академии Азимии уже не так настороженно следил за мной. Расслабился.

— Поесть бы, — произнесла я непринуждённо, почёсывая ногтями шею.

Тело казалось невозможно грязным, мы ведь так и не привели себя в порядок, не переоделись.