Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

И только тогда проход начал истончаться и исчезать.

— Происходит то, что я упоминал, Рика. Грани истончились, — отец взмахнул рукой, и огненная волна испепелила нанесённые на каменный пол письмена.

Дракон рассеялся. Эмани рухнула на колени, крепко прижимая к себе Рена, чтобы защитить его от падения. Подорвавшись к ним, я поддержала брата за плечи и затылок, помогая тигрице положить его на пол. И снова рассматривала его лицо. Он изменился… помолодел. Волосы сильно отрасли. А форма академии сидела на нём свободно, он похудел. Изнанка действительно нечто странное, она забрала месяцы его жизни, только иначе.

— Рен, — не заботясь о чистоте дорогой одежды, отец рухнул на колени.

Он бережно положил ладони на грудь и лоб сына. Кожа его засветилась зеленоватым светом, тонкие губы зашептали заклинание.

— Как он? — спросила я еле слышно, и поняла, что щёки влажные от слёз. На моё плечо легла рука Кая, подбадривая. И я с облегчением обмякла, наваливаясь на него. — Пап?

— Повреждений нет, — медленно произнёс он. — Резерв в порядке. Но нужна проверка получше. Он слишком много времени провёл вне нашего мира. Я заберу его домой, — оттянув ворот запашной рубашки из чёрного шёлка, он извлёк золотой медальон в виде дракона с огромным рубином в основании.

— Что это? — нахмурилась я.

— Артефакт перемещения. Мне разрешено только два пересечения защитного купола академии. Потом придётся оформить новый пропуск… но это не важно, — пробормотал он, обратив тревожный взгляд к Рену.

— А… а… мы? — опомнилась я, сделав шаг к нему.

— Участники не могут покинуть турнир. И не ты ли говорила, что хочешь довести начатое до конца? — глаза отца наполнились привычным властным огнём.

— Н-но… — я растерянно посмотрела на Кая, потом снова на папу.

В мечтах возвращение брата представлялось радужным. Я представляла, что он выпрыгнет из портала, мы обнимемся, а потом ему сильно достанется. И по очень умной голове и по охочей до приключений заднице. Но реальность оказалась иной. Совершенно разочаровывающей и тревожной.

Брат без сознания, нам неизвестно, как на него повлияла Изнанка и как он туда вообще попал. Ему необходимы рядом сильнейшие лекари. А мне предстоит томиться в ожидании. Но отец прав, я не собиралась сходить с дистанции, ведь так старалась, чтобы пройти испытания. Ради Рена я обязана остаться и довести игру до конца. Хотя… всё же надеюсь, он вернётся раньше.

— Возьми артефакт связи. Браслет блокируется, — отец поднялся и протянул мне шар, напоминающий жемчужину, только побольше размером. — Свяжемся позже, и ты расскажешь мне про письмена, которые упоминала. И про внезапный отъезд ректора Кана. В этом надо разобраться. Грань тонка, ей достаточно лишь толчка, чтобы разорваться.

Приблизившись, он вложил артефакт в мою ладонь.