Стихия боли

Готовилась к отправке и российская техника, только палубный «Су-33» стоял в боевой готовности. По приказу заместителя председателя делегации Пушкаря истребитель берегли, что называется, как зеницу ока. Слишком много было поставлено на кон, кроме престижа государства маняще завораживал контракт более чем на полмиллиарда долларов.

Стоя в кабинете руководителя полетов, Наталья из окна видела свой «двухвостый», как леопард, в пятнах цифрового камуфляжа. Возле самолета постоянно находилось трое вооруженных офицеров; в широкополых панамах, скрывавших большую часть лица, они походили на американских ковбоев, вот только не хватало шерстяных накидок — пончо.

«Под этим солнцем им, пожалуй, в таком прикиде было бы тепленько», — глядя на часовых, равнодушно подумала Серпень.

— Программу вы, девчонки, отработали на «пять с плюсом», — сидя за столом, неизвестно чему хмурился Кирилл Шостак. — Да и летаете, дай бог каждому. Теперь остался последний штришок. Не подведите, девчата, сколько на эту ярмарку тщеславия сил затрачено, — тяжело вздохнул, — жалко, если из всего этого пшик получится.

— А что мы? Мы-то стараемся, вот только отдачи почему-то не чувствуется, — тряхнув золотистой гривой, Болотина картинно закатила к потолку свои огромные глаза.

— Будет отдача, — вымученно улыбнулся полковник, про себя в очередной раз подумав, что командовать мужиками куда проще, чем вот этим так называемым слабым полом. — Отработаете полет на «пятерку» — я тебе лично устрою командировку на празднование юбилея эскадрильи «Нормандия-Неман». Париж увидишь, Монмартр и Рауля своего.

— Ура! — по-девчачьи взвизгнула Светлана и совсем не по-военному захлопала в ладоши.

— Но сначала полетная программа. Сейчас идите, отдыхайте, завтра напряженный день…

Приняв прохладный душ, Наталья Серпень не стала вытираться, а прямо на влажное тело набросила шелковый халат и, небрежно завязав на талии пояс, легла в постель. На противоположной стороне миниатюрная коробка кондиционера, охлаждая воздух, своим приятным мурлыканием вскоре усыпила девушку. Неожиданно веки стали непомерно тяжелыми, сознание отошло в сторону, проваливаясь в бездну Морфея, она только успела подумать: «А ведь тренажер выматывает не меньше, чем настоящие полеты…»"

"Время сна пролетело как одно мгновение. Проснулась Наталья, потревоженная каким-то посторонним звуком. Открыв глаза, девушка прислушалась, возвращаясь в реальность, на адаптацию ушло несколько секунд. Серпень сообразила, что кто-то скребется в ее дверь.

Решительно встав с постели, сунув ноги в тапочки, рефлекторно затянула пояс халатика и громко произнесла:

— В чем дело?

— Сова, открой, медведь пришел, — из-за хлипкой двери донесся голос председателя делегации.