Стервятник

Вот тут на него обратили некоторое внимание, косясь с удивлением – консервативные шантарцы парижских земноводных лопать не спешили, тем более что ходили слухи, будто в Париж лягушки попадают как раз из России, а значит, неизвестно, что они на просторах родного отечества могли сожрать…

Стоявшая сзади пожилая дама в кожаном пальто, не сдержавшись, спросила прямо:

– Вы что, молодой человек, это есть будете?

– Уи, мадам, – сказал он, ухмыляясь. – Тре бьен деликате…

На парижском наречии он знал дюжину ходовых слов – ибо российская интеллигенция знанием иностранных языков, так уж исторически сложилось, не обременена. Но молодящаяся дама, судя по всему, не знала и того. Так и разинула рот:

– Вы француз?

– Уи, мадам, – повторил Родион с обаятельной улыбкой. – Ля Франс, уи… Же не манж па сие жюр… – и побыстрее отошел, пока до нее не дошло. Впрочем, она могла и не знать классической фразы Воробьянинова…

Точно, его не разоблачили – успел еще услышать, как дама громко сказала спутнице, похожей на нее, как близняшка:"

"– Обаятельные мужчины, одно слово, парижане – а какую дрянь едят…

– Может, есть причина… – хихикнула подружка и остальное дошептала ей на ухо, обе зафыркали.

Возле автобусной остановки он купил еще пухленький четверговый выпуск «Завтрашней газеты» – и до того не брезговал, интересное было чтиво, а теперь прибавился и глубоко личный интерес: газета славилась тем, что оперативнейшим образом публиковала криминальную хронику под рубрикой с одноименным заголовком. Подмывало нешуточное любопытство: неужели его славным подвигам не уделят места? По идее, никак не смогут пройти мимо свершений новоиспеченного Ринальдо Ринальдини: они и более мелкие преступления ухитрялись размазать на приличную заметочку, а он не столь уж и бездарно провел тот вечер…

К его превеликому сожалению, в автобусе так и не выдалось возможности развернуть газету: народу теснилось, что килек в банке. Он слишком поздно сообразил, что прекрасно можно было взять такси, денег достаточно, но теперь не вылезать же… Чертовы земляки едва не оторвали кобуру с пояса, а потом он вдобавок пережил несколько неприятных минут – когда его коловращением людской массы прижало к высоченному милицейскому капитану, и Родион слегка встревожился: вдруг по профессиональной привычке, Шерлок Холмс чертов, опознает кобуру пистолета в давившем ему на бедро предмете, еще прицепится, любопытствовать и проверять документы полезет…

Обошлось. Капитан ехал с видом отрешенным и замотанным, и Родион благополучно вылез на нужной остановке, пошел к нужному дому, не сразу поймав себя на том, что оглядывает киоски на обеих сторонах улицы цепким профессиональным взглядом. Нет, это отпадает.