Стервятник

На сей рез пришлось выжидать гораздо дольше – нужно, чтобы все они, осознав бесплодность усилий, убрались по квартирам, свидетели совершенно ни к чему…

В квартире дичи почти сразу же зажегся сильный фонарик: судя по свету, фонарь поставили на пол рефлектором вверх. И вновь колыхнулась штора, а потом отчаянно заскрипела балконная дверь, треск был оглушительный, несомненно, курьер, чтобы не возиться, попросту рванул что есть мочи заклеенную на зиму дверь. Показался у перил – неясная фигура, вертевшая головой. В квартире за его спиной никаких теней не замечалось – значит, все-таки один, будь еще кто-то, обязательно проявился бы. Дверь дернул так, что могли и стекла посыпаться, – нервничает, конечно…

– Ну, пошли? – как можно небрежнее спросил Родион.

Загнал патрон в ствол «ТТ», сунул пистолет за ремень, а в карман куртки, рефлектором наружу – хитрый фонарик. Раньше он о таких придумках только слышал – и оказалось, купить можно без особых трудов, если знать, куда пойти…

Соня сбросила куртку, оставшись в легонькой блузке и короткой юбчонке, свернула халатик в тонкий рулон. Заранее поежилась – днем было тепло, а вечера пока что стояли холодные, зябкие.

Они поднялись на лифте на седьмой этаж, отправили лифт вниз, а сами, бесшумно ступая, спустились на шестой, подсвечивая себе редкими вспышками фонарика-брелока. Там Соня быстренько надела халатик, зажгла протянутую Родионом свечку. Площадка озарилась тусклым мерцающим сиянием.

– Главное, вовремя зажмурься… – прошептал он.

– Иди к черту…

Согласно боевому расписанию, Родион прижался к стене, а Соня решительно застучала кулачком в обитую дерматином дверь. От ее резких движений пламя свечи отчаянно заколыхалось, но не погасло. Никто не отзывался. Она застучала вновь, посильнее.

– Кто там? – послышался самый обыкновенный мужской голос.

– Соседка. Из сто восьмой, – откликнулась Соня, в зыбком сиянии выглядевшая совсем юной. – Мы тут по десять тысяч быстренько собираем, «аварийка» приехала, а задаром копаться не хотят… Уехать грозятся…

За дверью, слышно было, выругались. Соня постучала еще раз:

– Они говорят, работа сложная…

После паузы, показавшейся геологическим периодом, лязгнул замок, изнутри брызнул свет фонарика. Соня вполне натурально прикрыла лицо ладошкой. Лучик задержался на ней, обвел площадку.

– Они не оборзеют – по десять штук с квартиры? – сварливо сказал невидимый Родиону человек, приоткрывший дверь, судя по звуку, не более чем на ладонь.

Но фонарик опустил, скользнув лучом по фигуре девушки – вряд ли случайно. Соня растерянным голоском ответила:

– Да не знаю я ничего, они говорят – уедут…

– Ух, какие люди у нас в сто восьмой, и даже без охраны…

– Да вот так вот жизнь сложилась, что без охраны… – в тон ему посетовала Соня.