Стервятник

 – С кем поведешься… Я, если творчески прикинуть, смотрюсь кем-то вроде сюрреалистического барбудос, Че Гевара навыворот…

– Кто-кто? В жизни не слышала такого имечка.

– М-да, – сказал он. – Действительно, разрыв поколений. А я еще застал… «Прошел неясный разговор, как по стеклу радара, что где-то там погиб майор Эрнесто Че Гевара…»

– Нет, слушай, что это за Чегевара? Индиец, судя по фамилии? Раджешвар, Лакшми, Чегевара… Ну что ты ржешь? Между прочим, мы в старших классах историю вообще не сдавали. Потому что никто не знал, как ее преподавать, и какое прошлое у нас должно быть согласно текущему политическому моменту… Серьезно. Так и стоял прочерк…

За болтовней они ни на миг не забывали о деле – старательно наблюдали за двумя окошками слева от темной полосы. Та квартира и была целью, а соседний подъезд Родион обесточил исключительно для отвода глаз, подбираясь к жертве издали, как охотничек к зайцу…

Там, на шестом этаже, за все время наблюдения ничего не изменилось – кухонное окно осталось темным, соседнее, выходившее на балкон, светилось. Занавески плотно задернуты…

Ага! Плотная штора чуть дрогнула. Ну понятно, засевший в норе перевозчик денежек забеспокоился – на балконе, примыкавшем к его квартире, появился индивидуум, ругавшийся на чем свет стоит. Легко догадаться, что его бесило: соседний ряд окон безмятежно сиял электричеством, тут любой осерчает…

– А лифт ходит? – спросила Соня."

"– Лифт ходит, – кивнул он. – У него другой кабель… Штора вернулась в прежнее положение, но тут же вновь колыхнулась, на миг показался краешек потолка с дешевой люстрой – дичь открывала форточку, решив послушать, что деется вокруг…

– Так и неизвестно было, когда он должен из квартиры смотаться? – спросил Родион.

– Понятия не имею, – чуть возбужденно сказала Соня. – Может, он смотается с грузом, а может, кто-то приедет за сумкой… Что смогла, выяснила, уж не посетуй. Нельзя же было лезть на рожон…

– А цепочка?

– Вот цепочки, Людка точно говорила, нет. Но все же четыре дня прошло… Мы ж все это обговорили уже. Нервничаешь?

– Есть немного, – признался Родион. – А ты – нет?

– Есть немного…

– Ладно, я пошел.

Он вошел в подъезд и в том же темпе расправился с телефонными проводами. В той квартире был телефон – кто его знает, вдруг примется названивать друзьям, требуя подмоги…

Практически без вариаций повторилась та же сцена – в квартирах хватались за подручные источники света, у кого что нашлось, на лестницах появились вооруженные фонариками «доброхоты из публики».