Чужие степи — Оффлайн

— Подъём! — лихорадочно крутя баранкой орал Леонид, — Просыпайся давай! Тревога!

Кое-как стабилизировавшись в пространстве — а уазик немилосердно трясло, я сфокусировался, и едва не разбив лоб, перебрался на переднее сиденье.

— Что случилось? Куда ты так гонишь?

Дороги нет, всё в кротовьих норах, точнее кочках, а машина идет километров под семьдесят, а это несколько многовато для Зямы.

— Стреляют! В стороне села стреляют!

Ну да, местность знакомая, чуть дальше через пригорок, и мы дома.

Выстрелов я не слышал, видать спал крепко, а сейчас из-за рева мотора и дребезжания железа — коим обвешан наш уазик, даже теоретически слышать ничего не мог. Но оснований не верить Леониду не было, поэтому достав автомат и проверив наличие патронов, я приготовился действовать. Но у Леонида было другое видение ситуации.

— Пересаживаемся! — закричал он, и резко затормозив, выскочил наружу.

Да чтоб тебя... — шум мотора стих, и теперь и я отчетливо слышал частые ружейные хлопки и короткие автоматные очереди.

— Стреляют это хорошо!.. — гремя оружием громко вещал Леонид, — стреляют, значит живы! Значит есть кому стрелять! — Гони! Гони давай!

Подъезд со стороны трассы, — бывшей трассы я имею ввиду, совершенно не просматривался из низинки в которой прятался наш колхоз, и если нападавшие хотели атаковать внезапно, то появиться должны были именно с этой стороны.

Естественно повторив их манёвр, мы тоже окажемся нежданчиками, только теперь уже для неизвестных агрессоров. — рассуждал я, усиленно топча педаль газа — на подъёме скорость значительно упала, — всё же уаз есть уаз, а вот пикапу всё ни по чём, он даже ещё ускорился, играючи перемахнул взгорок и скрылся из вида.

— Гони! Гони Васёк! Гони! — отчаянно надрывался Леонид, одной рукой вцепившись в поручень на панели, а другой размахивая автоматом — Зажмём сволочей!

Угол подъёма увеличился, — оставались последние метры до вершины, вот только мотор совсем скис и ехать на четвертой отказывался, поэтому мне ничего не оставалось как переключиться на третью передачу.

Машина дёрнулась, натужно взревела, стрелка спидометра опять поползла вверх, и буквально через несколько секунд мы тоже оказались наверху.

Дальнейшее происходило словно в замедленной съемке и не со мной. Заглушая рёв мотора и грохот железа, по перепонкам ударило дробное стаккато пулеметной очереди, и я, вцепившись в дёргающийся на кочках руль, только и успел заметить как вырвавшийся вперед пикап опрокидывается на бок, и коряво кувыркаясь, отлетает куда-то в сторону.

— Тара-аань!..Вася-яя!..тара-аань! — перекрикивая гремящую и лязгающую какофонию, сиреной ревёт Леонид, и спихивает с крыши на лобовое стекло исполняющую роль бронеплиты железяку.