Стеклянные крылья

Понимал ли Исак, что ему приходится делать ради него?

* * *Горе пропитывает собой жизнь и лишает ее красок. Горе – это пустота, пронизывающая вены, стебли и кирпичи, оставляя только оболочку. Йеппе с тревогой смотрел на дом семьи Рамсгорд. Таунхаус не казался неухоженным. Тем не менее над домом нависла печаль – это было видно даже из машины. То ли из-за раскачивающихся от ветра качелей, которые уже позеленели от плесени и из которых живущие в доме дети давно выросли; то ли из-за таблички, на которой спустя два года после смерти Перниллы все еще значилось ее имя.

Даже дверной звонок оказался грустным – тонкий, неуверенный звук, еле слышный из-за входной двери.

Йеппе откинул капюшон плаща и стал прислушиваться, не идет ли кто. Ларсен подошел к нему – в этот момент дверь приоткрылась. С уровня живота на них, не сказав ни слова, испуганно смотрело крохотное личико.

– Привет, мама и папа дома? Мы с ними встретиться договаривались.

Ребенок убежал в дом, оставив дверь открытой. Йеппе осторожно ее распахнул и вошел в темную прихожую. Вдоль одной стены громоздились пустые коробки для вещей, лампочка перегорела. Они прошли мимо них и оказались в гостиной, где повсюду валялись газеты и кучи одежды, а на горизонтальных поверхностях сероватой пленкой лежала пыль. На этажерке стояла семейная фотография: маленькая девочка, видимо Пернилла, улыбалась закрытым ртом, стоя между отцом, матерью и двумя детьми. Наверное, снимок сделали много лет назад. На диване с выцветшей обивкой, закрыв глаза, лежал мужчина в наушниках. Тонкие пряди его подернутых сединой волос падали на лоб, указывая на всклоченную бороду. Ему было где-то около шестидесяти, и он, судя по виду, давно махнул рукой на свою внешность.

– Папа отдыхает.

Ребенок – при более внимательном осмотре оказалось, что это девочка, – говорил шепотом. Ей было лет десять – одиннадцать, но она была невысокой и худенькой.

– Мамы нет дома.

Она не стала ничего уточнять – лишь со страхом наблюдала за ними большими глазами.

Йеппе пытался ободряюще улыбнуться.

– Нам надо с твоим папой поговорить. Разбудишь его?"

"Не ответив, девочка выбежала из комнаты.

Перешагнув кучи вещей на полу, Йеппе осторожно опустил руку на плечо мужчины. Бо Рамсгорд открыл глаза и растерянно посмотрел на Йеппе. Он снял наушники, сел и откинул волосы со лба.

– Вы, наверно, из полиции.

– Вы Бо Рамсгорд? – Тот вяло кивнул. – Мы обязаны сообщить, что вам могут быть предъявлены обвинения и что вы имеете право хранить молчание.

– Да-да! – Он протянул руку и выключил аудиосистему, стоящую за диваном. – Лисбет нет дома.

Йеппе огляделся, ища, куда бы сесть, но быстро отбросил эту мысль.

– Вы переезжаете?

– Наверно.

Он шумно потянулся и откинулся на спинку дивана.