Стеклянные крылья

– Вы курите?

Снова раздраженный взмах рукой.

– Бросил много лет назад. Скажите, а здесь нельзя выпить кофе?

– Придется воздержаться, Грегерс. Сегодня никакого кофе.

Она погладила его по руке.

– А теперь будьте добры помочь мне. Надо вставить вам в руку катетер.

Он недоверчиво на нее посмотрел.

– Что это значит? Кто это решил?

Трина посчитала про себя до десяти. Вчера они с Клаусом поругались, орали друг на друга – даже дети проснулись и заплакали. Как и всегда, началось с глупого недоразумения. Потом все пошло как обычно. Спорили о том, кто больше работает, о поездке детей за город и о неоправдавшихся ожиданиях. Иногда казалось, что выстроить для их маленькой семьи обыкновенную сносную повседневную жизнь – невыполнимая задача. Теперь она устала, ноги в компрессионных чулках опухли, и на всяких нытиков ее уже не хватало.

– Вам в вену введут контрастное вещество, чтобы сделать перфузионную сцинтиграфию, как только в графике появится время. Поэтому придется воздержаться от еды, поэтому я должна поставить вам катетер.

– Я хочу поговорить с врачом! С тем, кто принимает решения!

Он смотрел прямо перед собой, как будто ее не существовало.

Трина чувствовала, как не находящее выхода разочарование собирается в комок в животе. Перед ней вырастает стена. Препятствие, на которое она натыкается всю жизнь, которое тормозит ее всякий раз, когда она считает, что достаточно ловкая, достаточно красивая, популярная и успешная. Видимо, она при рождении вытянула несчастливую карту. Она решительно ухватила руку пациента и стала протирать ее спиртом.

Он вырвал руку.

– Что вы делаете? Я хочу поговорить с вашим начальством!

– Вам скажут то же самое, что и я: вам нужен катетер, чтобы мы могли вводить лекарство и болеутоляющее.

Она снова крепко сжала его слабую руку и коснулась иглой тонкой кожи на тыльной стороне ладони.

Он закричал – якобы от боли.

– Что за методы лечения? Я буду жаловаться!

– Да я до вас даже не дотронулась. – Трина не видела, как в пальцах дрожит игла, и сдержала подступившие слезы. – Если я пораню вас, вы сами будете виноваты. Придется полежать спокойно.

– А с чего это я должен ваши приказания выполнять!

Когда он оттолкнул ее руки, сработал сигнал тревоги. Не пациент вызвал кого-то из персонала – такое случалось, когда требовалось подать судно, – а сигнал тревоги. Значит, что-то серьезное.

Трина выпустила из рук катетер и побежала на звук. Сигнал вогнал ее в состояние стресса – и коллег тоже. Для этого он и придуман: для немедленного реагирования. На мгновение она обрадовалась. Ее навыки могли решить вопросы жизни и смерти.

Она бежала изо всех сил по бело-серому коридору мимо открытых дверей, стульев и коек.