Стеклянные крылья

Теперь на их месте висела репродукция Густава Климта – обнаженные люди и скелеты парят в облаках. Роспись потолка; находится в Вене; Йеппе пытался вспомнить, как она называется. Может, «Медицина»?

– Мы с Фальком были на вскрытии тела Николы Амброзио; если коротко, то он умер точно так же, как Беттина Хольте. Раны от скарификатора на обоих запястьях и в районе паха, следы от веревок и кляпа, нарушение работы жизненно важных органов и остановка сердца как следствие кровотечения. Смерть наступила между полуночью и тремя часами ночи. Я ничего не упустил, Фальк?

Фальк еле заметно покачал головой, почти не пошевелившись. Томас Ларсен наклонился к Саре и что-то ей сказал так, чтобы остальные не слышали.

Она улыбнулась в ответ.

Йеппе откашлялся.

– Сегодня утром мы с Сайдани допрашивали девушку погибшего, Малену Педерсен. Он итальянец, жил здесь, ему тридцать четыре года, работал в детском саду, а по ночам водил такси. Она считает, он был на работе. Его машину нашли?

Ларсен пригладил волосы.

– Ее нашли на парковке на Тагенсвей, недалеко от того места, где обнаружили тело. Припаркована у бордюра и заперта. Криминалисты уже туда едут.

– Хорошо, но мне кажется, они там ничего не найдут. На жертвах нет следов сопротивления: ни царапин, ни синяков, ни чужих ДНК под ногтями. Думаю, они были знакомы с преступником и встретились с ним или с ней добровольно.

Утверждение Йеппе основывалось только на интуиции, а кроме того, он не привык делать таких заявлений – это было по части Анетты Вернер. Но раз ее нет, кому-то придется взять это на себя.

– Родных в Неаполе известили, родители едут в Копенгаген. По словам девушки, характер у Николы был спокойный, он не заводил врагов и ни с кем не ссорился. Ни о каких вредных привычках ей не известно. Но у жертв есть кое-что общее: они работали в интернате для психически больных подростков, – Йеппе заглянул в свои пометки, – «Бабочка», Дюбендалсвей в городе Гуннсёмагле, недалеко от Роскилле. Интернат закрылся два года назад.

– Что таксист делал в интернате?

– Вопрос на миллион, Ларсен. Оказывается, не обязательно иметь педагогическое образование, чтобы работать с детьми и подростками, у которых психические заболевания.

– Издеваешься?

– Ничуть, Ларсен, это правда. Никола Амброзио подменял воспитателей в нескольких учреждениях и интернатах, среди прочего и в «Бабочке». По понятным причинам, пока что мы ничего не знаем о пациентах интерната, но нам известны имена сотрудников. Сара, ты про них что-нибудь выяснила?

Йеппе поздно спохватился: на работе они звали друг друга по фамилии."

"Сара взяла брошюру интерната и стала показывать на лица:

– Беттина Хольте, наша первая жертва, была соцработником «Бабочки» с того момента, как интернат открылся пять лет назад, и до закрытия.