Исчезновение Стефани Мейлер

Уроки состояли главным образом в том, что мы лупили по висящим на крюках тушам в ритме его рассказа: он со странным, неведомым акцентом повествовал о финале чемпионата Чехословакии по боксу 1931 года.

Так я выяснил, что каждый вечер в Риго-парке кучка стариканов, сославшись на желание побыть с внуками, сбегала от домашнего очага в мясную лавку. Кутаясь в пальто, они рассаживались на пластиковых стульях, пили кофе и курили, а стайка слегка испуганных мальчишек колотила по свисающим с потолка кускам мяса. Выбившись из сил, мы садились на пол и слушали истории старика из Братиславы.

Несколько месяцев я ходил по вечерам боксировать в мясную лавку, причем втайне от всех. Говорили, что у меня, похоже, боксерский талант; каждый вечер в холодный зал стекалась поглазеть на меня изрядная орда скверно пахнущих дедушек. Они делились консервами из восточноевропейских стран, мазали их на черный хлеб и подбадривали меня: «Давай, сынок!», «Лупи их! Лупи как следует!». А дедушка, раздуваясь от гордости, всем хвастался: «Это мой внук!»

Дедушка очень не советовал мне рассказывать матери, чем мы теперь занимаемся, и я знал, что он прав. Вместо парика он купил мне новенький спортивный костюм, который я оставлял у них и который бабушка каждый вечер стирала, чтобы назавтра он был чистый.

Все эти месяцы мать ни о чем не подозревала. Вплоть до того апрельского вечера, когда в грязную мясную лавку после целой волны отравлений заявилась городская санитарная инспекция и полиция. До сих пор помню отвисшие челюсти инспекторов, когда они вошли в подсобку, провонявшую потом и сигаретным дымом, и на них воззрилась стайка мальчишек в боксерских трусах и кучка курящих, перхающих стариков.

— Вы продаете мясо, по которому мальчики били кулаками? — спросил один из полицейских, не веря своим глазам.

— Таки да, — самым естественным тоном отвечал старик из Братиславы. — Убоине полезно, она от этого нежнее. Имейте в виду: они перед занятиями моют руки.

— Неправда, — прохныкал кто-то из мальчишек, — мы не моем руки!

— Ты больше не член боксерского клуба! — сухо отозвался старик из Братиславы.

— Так это боксерский клуб или мясная лавка? — в недоумении почесал в затылке другой коп.

— Немножечко то, немножечко это, — пояснил старик из Братиславы.

— В помещении даже нет холодильного оборудования! — возмущался контролер из санитарной инспекции, помечая что-то в блокноте.

— На улице холодно, а окна мы не закрываем, — услышал он в ответ."

"Полиция позвонила матери. Но она не смогла вырваться с работы и позвонила соседу, Эфраму; тот немедленно приехал и отвез меня домой.

— Я с тобой посижу, пока твоя мама не вернется, — сказал он.

— А ты кто в полиции? — спросил я.

— Инспектор по уголовным делам.

— Ты важный инспектор, да?

— Да.