Стечение обстоятельств

Чувство самосохранения вопит «Беги!», но я остаюсь на месте, словно заворожённая не в силах разорваться связь, которая прямо сейчас формируется между нами. И мне бы действительно испугаться, потому что ситуация неоднозначная: я наедине с мужчиной в замкнутом пространстве; большим и сильным мужчиной, которому я не соперник и наше противостояние в любом случае закончится моим поражением. Вот только бежать не хочется, потому рядом с ним, возможно, впервые в жизни я чувствую себя в безопасности. Парадоксально, но неопровержимо. Неожиданное открытие настолько поражает, что я пропускаю момент, когда мужчина оказывается рядом, нависая надо мной и подчиняя неведомой силе, не позволяющей пошевелиться.

Глава 4

‒ А целовался как? ‒ выдыхает мне в губы.

‒ Кто?

‒ Жених твой. Как его там ‒ Олег? ‒ Киваю, рассматривая его лицо и задерживаясь на небольшом шраме. Медленно поднимаюсь, отходя к стене под натиском Глеба, пока не упираюсь лопатками в стену, загнанная в капкан. ‒ Трахал он тебя плохо ‒ это я понял, а целовал?

‒ Хорошо.

‒ Неправда. Ты скривилась, ‒ язвительная ухмылка приклеивается намертво, пока он, наступая шаг за шагом, не приближается вплотную.

Сейчас, вспоминая поцелуи Олега, действительно возникает желание скривиться ‒ интенсивные облизывания моего лица никогда не возбуждали, скорее, я сводила всё к сексу, чтобы избавиться от противных манипуляций. Как целуется Глеб? Именно этот, совершенно неуместный вопрос, всплывает в самый неподходящий момент, когда я гипнотизирую его губы.

‒ Не надо… ‒ шепчу, упираясь ладошками в мускулистую грудь.

‒ Ты же хотела оторваться, забыться, или я не так понял?

‒ Так.

‒ Даже сказала, что ответила бы взаимностью понравившемуся мужчине.

‒ Да.

‒ Я не нравлюсь? ‒ Проводит костяшками пальцем по скуле ‒ мягко, едва касаясь, ‒ спускается ниже, вызывая мурашки, предательски покрывающие тело. ‒ Напиться не предлагаю, а вот всё остальное вполне осуществимо, ‒ шепчет мне в губы, почти касаясь, но всё же держит дистанцию в несколько миллиметров. ‒ Решайся.

‒ Это неправильно, ‒ мямлю, почти решившись поддаться мужчине.

‒ Нет понятия «правильно», Арина. Есть понятие «мне хорошо» и «мне плохо». Что выбираешь ты?

‒ Первое. Но…

Нет возможности закончить, потому что Глеб накрывает мои губы своими, нагло проталкиваясь языком до самого горла. Не успеваю среагировать, полностью впуская на свою территорию и принимая новую для себя ласку. Алчно, грязно, глубоко ‒ чистый секс. Так захватывающе и сногсшибательно, что ноги подкашиваются. Пытаюсь оттолкнуть непробиваемый монолит, но лишь притягиваю ближе, цепляясь пальцами в ткань рубашки. Не замечаю, как отвечаю мужчине и, прикрыв глаза, сдаюсь адскому напору жара, проникающего в меня и пробирающего до самого сердца.