Старушка-молодушка и новогоднее чудо(вище) (СИ)

Ноги быстро промокли, и я решила, что, если в ближайшие полчаса не найду своего крылатого друга, то вернусь назад — греться и пить горячий чай с медом. Не хватало еще простудиться и остальных заразить соплями и кашлем.

— Дракон? — позвала я, сунув пакет с подарком под мышку и сложив ладони рупором. — Дракон, ты где?

Только сейчас я поняла, что так и не узнала имени своего удивительного знакомого. Как-то даже некрасиво вышло.

— Дракон? Снеговик?

Небо над мрачными верхушками сосен было грязно-серым и неприветливым. В лесу царила мертвая, зловещая тишина.

«Надо идти обратно», — мелькнула мысль, но впереди, за деревьями, я заметила просвет, поляну. Учитывая габариты зверя, именно в такой местности — открытой, там, где можно развернуться, — а не в глухой чаще, он нашел убежище.

«Проверю, — шепнула я себе. — Если его там нет, вернусь домой».

Снежная жижа захлюпала под ногами. Я обогнула небольшой овражек с черными ветками на дне, раздвинула кусты рябины с гроздьями маленьких алых ягодок — ну точно мармеладки под сахарной пудрой. Лес расступился, выпустив меня на небольшой участок свободного пространства.

Но это была не поляна. Вернее, не совсем она. Или не только она.

Под серым небом в окружении суровых сосен торчали из снега гранитные памятники. Старые, потерявшие форму, поставленные явно не в этом веке. Бесчисленные дожди и ветры скруглили их углы, беспощадное время сделало надписи на них нечитаемыми.

Семейное кладбище?

Надгробий было немного. Штук десять. Я подошла к тому, что казалось самым свежим. По крайней мере, я могла различить погребальные слова, выбитые на могильном камне.

— Арлетт Лагранж, — тихо прочитала я.

Бумажный пакет с подарком выпал из моих рук.

Арлетт.

Этим именем Его Сиятельство на празднике называл Лунет.

Совпадение? Или…"

"Влажный, промозглый ветер голодным хищником метался между надгробиями. Трепал мою юбку. Раскачивал ветки сосен, и те поскрипывали сухими суставами.

— Нашла все-таки, — раздался за спиной мелодичный голосок.

Прежде чем я успела обернуться, на краю зрения мелькнула тень, и остренькие птичьи когти сжали мое плечо. Я вздрогнула.

Лунет будто услышала мои мысли, а может, прочитала на лице немой вопрос.

— Да, это я. Арлетт Лагранж. Это мое человеческое тело вот уже три десятка лет лежит в этой земле.

По рукам прокатилась зябкая дрожь, будто где-то рядом приоткрылись врата в загробный мир и оттуда повеяло могильным холодом.

Это что же получается? Все это время я жила и общалась с неупокоенной душой? Лунет — призрак погибшей тридцать лет назад Арлетт Лагранж? Она не всегда была птицей. Поэтому так любила украшения, поэтому называла ленты в старой шкатулке своими. Она их когда-то носила.