Старшина Империи. Часть первая

— Погоди, что-то в голове не укладывается, а как же они живут, и почему его сюда взяли?

— Живут, как обычно, бизнес ведут, где-то успешно, где-то нет, пойми, их тогда почти изгнали, лишили статуса имперского рода, но они решили остаться в империи, а не переходить под другое подданство, и в вассалы они не пошли, сохранив самостоятельность, но им было нелегко. Осуждали их все, да и ослабили на порядок. — Гадел глубоко вздохнул, — Сейчас ими просто пользуются, где позволят, там они могут себе что-то урвать, а где не пустят, тут уж ничего не смогут. Богатства и могущества, как раньше, у них уже нет.

— Тебе это всё Лена рассказала? — удивился я.

— Нет, — с серьезной миной на лице ответил он. — Мы их род в школе изучаем, у нас есть день памяти, когда мы вспоминаем о той трагедии, о них помнят….

— Ты так говоришь, как будто им мстить будете, при малейшей возможности.

— Нет, что ты, дважды за одно и то же не наказывают, а их сильно наказали, их мир просто уничтожили. — татарин поспешил меня уверить в обратном. — Конечно, есть те, кто считает это малой ценой, но поверь, убить — это одно, а заставить жить, без чести, в унижении, без должного пиетета, это страшно для того, чьим смыслом жизни было величие рода. Древнейшие — они все такие, их смысл — это их величие, что бы о них постоянно говорили, восторгались ими. Они на всё пойдут, воспользуются любой возможностью, что бы увековечить своё имя, что бы быть достойными предков, для них это важно. Это тогда Сараи забылись, а им напомнили, кто они такие, и для чего нужны, а главное, что над ними есть кто-то более могущественный.

Он явно на императора намекал. Блин, жесть какая, я даже не думал об этом в таком ключе.

— Так что, всё, что тогда произошло — это трагедия для моего народа, и личная трагедия для рода Сараев. — подвел итог татарин.

— Понятно. — протянул я. — Значит пользуются ими до сих пор, и позволяют, — выделил я интонацией это слово, — существовать?

— Да, — кивнул Гадел. — Именно существовать, а они пытаются поднять свой род, что-то вроде испытания многовекового.

— Поэтому Слава про голодранца говорил тогда? — напомнил я о недавнем разговоре."

"— Да, именно поэтому. Морозовы тоже древнейший графский род, очень знатный, они сейчас не так влиятельны, как раньше, упадок у них, и кроме имени, и среднего состояния у них ничего нет, но, сколько таких историй уже было? — татарин развел руками, — поднимутся, никуда не денутся.

— И откуда ты все знаешь? — засмеялся я.

— А это мне Лена рассказывала. — улыбнулся он. — Собственно, им и нужна поддержка Сараев. Они друг другу нужны. У одних репутация и связи, у других сила воли, и умение выживать.