Старшина Империи. Часть первая

Четверым из всего отделения! Нда, что же будет, когда мы окажемся в реальном бою? Надо становиться сильнее, мне еще Лиру спасать!

Глава 13

Запыхавшись, и постоянно оглядываясь, мы вырвались с полигона, вывалившись через люк прямо под ноги незнакомому лейтенанту, который со скучающим видом тут же отвернулся от нас, и произнес:

— Николай Васильевич, думаю это последние, и, судя по их виду, зачет по бегу они заработали.

— Согласен с Вами, Аркадий Борисович. — с улыбкой отвечал ему наш унтер-лейтенант, который, к моему удивлению, оказался довольно возрастным дядькой, лет шестидесяти на вид, с седым ежиком волос, и черными, вислыми усами.

Они еще о чем-то поговорили, но я прекратил обращать на них внимание, и прислушиваться к разговору — надо было привести себя в порядок, разобраться с заблокированной ногой доспеха Осокина, и просто подняться с палубы, а то мы расслабленно разлеглись под самым люком, переводя дух после стремительной гонки на выживание.

— Нус, счастливо оставаться, рад был увидеться с Вами, Николай Васильевич. Пойду к своим орлам, поздравлю с победой. — лейтенант заложил руки за спину, и, насвистывая какой-то мотив, скрылся за ближайшей дверью.

Вот же зараза. Он даже не взглянул на остальных, да ладно мы, он проигнорировал и Залесского, который с недовольным видом стоял недалеко от офицеров, и явно был раздражен таким неуважением.

Кроме всех выше перечисленных на финише находились еще два морпеха, старший матрос и капрал первого класса, из другого отделения нашего взвода, с которыми я еще не был знаком. Неужели это все, кто смог пройти полигон? Нда, не густо."

"— Ох, кажется у меня доспех болит…, везде. — откинув забрало шлема, и явив миру свои пухлые, бледные щеки, а также намечающийся второй подбородок, произнес Феймахер, а затем озвучил мои мысли. — а что нас так мало?

— Ты пришёл, теперь станет много! — резко и язвительно ответил ему Залесский, который явно искал, куда бы приложить своё злобное настроение.

— Ваше благородие, Вы тоже много весите! — натянув на лицо дежурную улыбку, заступился я за вспыхнувшего пуще помидора Хирша.

— Я не об этом! — одновременно возмущенно и жалобно воскликнул граф, делая шаг назад, и скрещивая руки на груди.

— Бог с Вами, Филипп Игоревич, я про вес в обществе, а Вы о чём подумали? — продолжил я с ним диалог, но он мне не ответил, отвел взгляд в сторону, и сделал вид, что меня здесь нет.

Поняв, что Залесский ушёл в себя, жалеть и гладить застарелую мозоль, а конфликт предотвращен в зародыше, я подошел к унтер-лейтенанту.

— Старшина Туров, — я вытянулся по стойке смирно. — четвертое отделение взвода прибыло в неполном составе, имеются погибшие и один раненый.

— Вольно, Туров.