Неприятности в старшей школе

Это все, что ты видела! Ты продашь свою душу точно так же!

– Я бы никогда не продала душу моего ребенка, – мой голос звучит выше, чем мне хочется.

Она сбавляет тон до мертвецкого шепота:

– Ну так и хорошо, что у тебя их быть не может, так ведь?

– Ты омерзительна.

– Ммм… – Она улыбается с ненавистью во взгляде. – Верно. А теперь вали, дочка, и повесь там мое боа, когда выйдешь.

Я никогда не вернусь в место, подобное этому.

Я собираюсь толкнуть дверь, но она распахивается передо мной сама, и я подскакиваю.

Трое Брейшо стоят передо мной как единое целое – сильное и сплоченное.

Все они хмурятся, но в их глазах я как будто вижу и страх.

– Отойди, Рэйвен, – рявкает Мэддок, но я закрываю дверь позади себя и шагаю к ним.

Он рычит и пытается спихнуть меня с дороги, но я уклоняюсь от него.

Я знаю их, и я знаю, как тонки эти стены, – знаю лучше, чем хотела бы. Они слышали каждое слово, но лишь банка, ударившаяся о дверь, заставила их вскочить на ноги.

Мэддок сужает глаза.

– Я подниму тебя, мать твою, и переставлю, если ты не уйдешь с дороги.

Я протискиваюсь мимо него. Окинув гневным взглядом трейлер, он издает стон и следует за мной – я знала, что именно так он сделает.

Я разворачиваюсь и, пятясь, поднимаю руки.

– Давай, здоровяк, сделай это. Войди туда и поугрожай шлюхе за то, что рассказала твой маленький секрет. – Я останавливаюсь возле заднего угла внедорожника, где нас никто не видит и где она не сможет нас услышать.

Он на секунду закидывает голову назад, а потом в его глазах вспыхивает убийственный блеск, и он подходит ближе.

– Ты серьезно хотя бы на секунду поверила ей, что я знал, что кто-то из нас знал? – он в изумлении таращится на меня.

– Ты серьезно собираешься стоять тут, притворяясь, будто вы не знали?! – кричу я в ответ. – Ты, мистер Я-знаю-блин-все-блин-про-всех-блин, не знал имя человека, засадившего вашего отца в тюрьму?!

Он заглядывает мне в лицо и говорит сквозь стиснутые зубы:

– Грейвен засадил его туда – это все, что я знаю. Если бы не этот кусок дерьма, который приперся туда, изображая адвоката, его бы никогда не осудили. Так что, веришь ты или нет, мы не знали, мать твою. Все публичные записи таинственным образом исчезли, и он приложил к этому руку! – он смотрит мне прямо в глаза. – Это не какая-то игровая площадка, это реальный, мать твою, бизнес, реальное жизненное дерьмо, и каждый Грейвен заплатит за его ошибку. Перейдя дорогу Брейшо, он перешел границу дозволенного. Видимо, твоя мать просто была легкой целью, которую они использовали, чтобы начать процесс.

– Для чего вашему отцу дочь женщины, которая помогла забить гвоздь в его гроб?

– Понятия, блин, не имею.

Мои ноздри раздуваются, внутри меня закипают отчаяние и неуверенность.