Неприятности в старшей школе

Я и вправду едва не отказалась от самой себя… ради трех парней, которых никогда не должна была узнать, но перед которыми была помещена специально, в качестве приманки, на которую, как он был уверен, непременно набросятся волки. Но чтобы знать это, он должен был знать меня.

Она пронизывает меня взглядом.

– Ты и вправду думаешь, что оказалась там случайно? Такие мальчики – мужчины, насколько я видела, – как они, богатые и властные, рожденные, чтобы управлять людьми наподобие нас, могли ли они на самом деле запасть на кого-то вроде тебя? Дешевку с посредственным личиком и фигурой? Они никогда бы и не посмотрели на такую, как ты. Они играли с тобой, потому что они такие же ублюдки, как мужчина, который заплатил за тебя. Богатые сопляки, которых не заботит никто и ничего кроме денег и власти, пока они ждут, когда наступит их время править…

Я подскакиваю к ней, вцепляюсь ей в шею, и она запрокидывает голову, улыбаясь, несмотря на то что задыхается.

От нее воняет потом и сигаретами.

Я сдавливаю сильнее, вены у нее на шее почти прекращают пульсировать под моими ладонями, и я давлю на трахею, наполовину пережимая поток крови к ее мозгу.

– Ты ничего не знаешь о них. Держись от них подальше, мать твою, не смей даже говорить о них, ты поняла меня? – рычу я ей в лицо. – Дотронешься хоть до одного, хотя бы на секунду, и я уничтожу то единственное, на что тебе не плевать, мама. – Левой рукой я достаю нож и выпускаю лезвие.

Она дергается под моей рукой, глаза расширяются, все больше наливаясь кровью.

Я подношу холодный металл к ее щеке и провожу им по коже, неотрывно глядя ей в глаза."

"– Я тебе обеспечу такой видок, как будто с тобой слегка поиграл Джокер, а потом притащу в самое оживленное место, чтобы все твои мужики тебя увидели. Что ты там говорила мне, своей семи-, восьми-, девятилетней дочери? – Я делаю крошечный прокол сбоку от ее подбородка – такой, чтобы выступила лишь капелька крови, и ее ноздри раздуваются, но она не отклоняется. – Девочка никому не нужна без красивого личика, которое будут любить все мальчики…

Я толкаю, ее и она ударяется головой о стену. Я иду к двери.

Она издает громкий вопль, и о дверь трейлера всего в нескольких дюймах от моей головы ударяется банка из-под пива, осыпая окурками и пеплом меня и все вокруг.

Я оборачиваюсь, хоть и слышу звуки шагов по разбитому тротуару снаружи.

– Это случится рано или поздно, – кричит она. – Когда придет твой последний день и ты окажешься всего лишь трофеем, предназначенным, чтобы украсить чью-то полку.

– Что за чушь ты несешь!

– Просто подожди, Рэйвен! – кричит моя мать. – Все, что тебе известно, – это как использовать то, что дал тебе бог, чтобы получить то, что ты хочешь.