Старшая сестра его величества. Власть

— Нет! — я вцепилась в головной убор двумя руками, натягивая его еще сильнее, — она мне нравится! Все дамы сказали, что я выгляжу великолепно.

Третий советник открыл рот, чтобы что-то сказать. Но потом передумал и махнул рукой.

— У нас нет времени на споры. Его величество уже ждет нас в кабинете. Адрей, — он подтолкнул его ко мне, — бери невесту под руку и веди ее к кабинету. А мне надо перемолвиться парой слов с нашей дорогой баронессой. Я вас догоню.

Мой жених недовольно сверкнул глазам, но не посмел ослушаться отца. Грубо схватил меня за локоть и поволоку прочь, не особенно заботясь о том, что мне приходится за ним бежать, а его пальца оставят синяки на моей коже.

— Ваша светлость, — попыталась я притормозить, — прошу вас потише. Мне больно!

— Заткнись, — скривился Адрей, сжимая мою руку еще сильнее. Я зашипела. — Отец обещал сохранить тебе жизнь, но про остальное там не было ни слова, — он довольно осклабился. — И поверь, я постараюсь, чтобы боли в твоей жизни было много. Ты еще пожалеешь, что решила обмануть моего отца и назваться герцогиней Форент. Твое место в канаве, и я обещаю, очень скоро ты там и окажешься.

— Вы ошибаетесь, — попробовала я объяснить, что моего желания-то как раз никто не спрашивал, но не успела.

Услышав, что я заговорила, он рванул меня в сторону так сильно, что я впечаталась в стену. От удара воздух со свистом вышел из легких. И в то же мгновение Адрей схватил меня за горло, приподнимая над полом. К несчастью, мы как раз вошли в темный коридор, который вел из приемного зала к кабинету его величества. Нас никто не видел, и никто не мог остановить моего жениха.

Все произошло так быстро, что я не не успела вдохнуть, а теперь это и вовсе было невозможно. Я схватила его руку и попыталась разжать пальцы, но у меня ничего не вышло. Я царапала его ладонь, но ничем не могла себе помочь. Адрей был намного сильнее меня. Перед глазами потемнело. Я не могла даже захрипеть, потому что через пережатое горло не проходило ни крупицы воздуха. Я бесполезно скребла пятками по стене и ничего не могла сделать.

— Адрей! — резкий окрик Третьего советника заставил его разжать ладонь и отпустить меня.

Я рухнула на пол, хватая ртом воздух и тяжело, с всхлипами и хрипом дыша. Я все еще ничего не видела, перед глазами было темно, а еще безудержно текли слезы, размывая и оглушая. Кровь билась в висках, голова гудела, а легкие судорожно сжимались, пытаясь очень быстро прокачать кровь, насыщая ее кислородом.

— Ты что творишь, щенок! — Третий советник был в ярости. — Ты же ее убьешь!

Но его сыну было все равно. Он равнодушно отвернулся от меня, пожал плечами и заявил:

— Да, что ей сделается-то? Подумаешь, придушил слегка. Не сдохла бы. Сама виновата, не надо было меня провоцировать.

— Идиот, — зашипел отец.