Староста моей мечты или Я не буду тебя целовать!

- А вот твои шпиены…

- Нет у меня никаких шпионов!

Вот это вот “ну-ну” прозвучало так многозначительно, что на минуту Хованский представил себя местным мафиози, державшим в кулаке весь университет разом. И заодно не слабым конкурентом местного царька-Елизарова. О, точно, мелкая ж во вражеской группировке, надо не забывать об этом. И навтыкать Костяну, чтоб лучше следил за своей подружкой.

Как всегда, стоило вспомнить Елизарова, как мысли свернули в совсем уж другое русло. И Хованский помрачнел, вспомнив как незаметно и, самое главное, добровольно оказался в пресловутой френдзоне, стоило этому самому Царю появится на горизонте. Не то чтобы он прям так уж расстроился, но блин…

Ладно, расстроился. Но хотя бы в одном он точно его победил. Ведь, если верить мелкому недоразумению, целуется он лучше Елизарова. Правда, на практике он это проверять точно не планирует, боже упаси!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вот только Яру у него увели однозначно. Причем, даже непонятно, каким макаром.

Вернувшийся друг ставит перед ним новую порцию пива и тарелку с пиццей. После чего хитро щурится, намекая на то, что его вопрос все еще в силе.

- Иди нафиг, Влад, - искренне и от души пожелал ему Хованский, откусывая от своей порции. - Мне, может, вопросы для зачета скинуть должны. Или родители позвонить. Или дядюшка возжелает спросить, кто брал его машину и помял ее.

- Ты ж хороший водитель, не заливай, - отмахнулся от него Хомяков, с интересом покосившись на подавший сигнал о входящем сообщении телефон друга.

- И что? Отвянь. Я целуюсь лучше, чем вру, - невозмутимо послал Илья, утаскивая с тарелки кусок. Но, поднеся его ко рту, замер, сообразив, что и кому он сейчас ляпнул.

А Владян заржал и как-то так проникновенно спросил:

- А можно я проверять не буду, а? Мне больше девочки нравятся. Я лучше с Аринкой твоей проверю.

- Господи, да проверяй, с кем хочешь, - возведя глаза к потолку, Хованский демонстративно проигнорировал снова булькнувший телефон. Прожевал пиццу, запил пивом, как ни в чем не бывало.

И лишь потом подозрительно переспросил:

- Хомяков, это ты сейчас что задумал?

- Вернуть себе почетное звание хомяка. А то пришел тут плагиатор, стырил. А еще другом называется! - в него ткнули корочкой от пиццы. И посмотрели с таким осуждением, что Илья проникся.

Минуты на две. Чтобы непонятно почему разозлиться и предупреждающе заявить:

- Только попробуй, Владян.

Судя по довольной роже друга, тот для себя уже все решил. И Хованский про себя искренне пожелал ему испытать на себе все прелести характера мелкой и тяжесть ее рюкзака.