Старая дева

— Продать мужика в солдаты хотите?

Хочу, да, подумала я, но прежде следует с Егором поговорить. Подобной оперативности я от местного блюстителя порядка — или кем он являлся — не ожидала.

— Помилуйте, барышня! — Степанида, едва успев подняться, бухнулась в ноги теперь уже мне. Синяки на ее лице были все еще слишком явными, и я похолодела, вспомнив угрозы доктора. Мог ли он уже озвучить свои подозрения этому пареньку? — Пощадите, да за что мне, чем я вас прогневала, в солдатках-то ходить?

— Встань и пошла вон! — повторила я. Степанида отползла, подниматься и не подумала и продолжала тихо нудеть и растирать фальшивые слезы. Я когда-нибудь от кого-нибудь увижу искренность или мне так и предстоит до конца моих дней наблюдать этот поганый театр?

Уряднику было плевать на мои взаимоотношения с крестьянами. Я указала ему на господские комнаты — на тот самый зал, куда приходили просители, пусть пока был один — графский приказчик, но и остальных, наверное, принимали там, и сама вышла следом за ним.

— Отчего решили продать, Елизавета Григорьевна? — с любопытством спросил урядник. — Рекрутов уже набрали, цену за него сейчас большую не дам. Грошей сто двадцать, не лучше ли погодить? Осенью продадите дороже.

Я села, испытав некое смущение за свой вид. Только урядника мое завалящее платьишко не беспокоило ни капли. Он уселся напротив и выжидательно на меня посмотрел.

— Не столько нужда причиной, сколько дрянной норов его, — поморщилась я. — Чаю хотите?

— Не откажусь, — улыбнулся урядник. — Это он так жену лихо отделал?

Я кивнула."

"— Не одну ее. Он и сестру ее чуть не покалечил. Одного Кузьму боится, так это не дело вовсе. — Я озиралась по сторонам: где хоть какой колокольчик, чтобы вызвать прислугу? Или мне надо крикнуть на весь дом? Но урядник выручил, сориентировался быстрее и протянул мне небольшой увесистый металлический квадратик. Если бы не помощь, я в жизни бы не догадалась, что это за предмет, а так я постаралась не вздрогнуть, когда колокольчик издал громкий и ясный звук. — Сто двадцать грошей меня, конечно же, не спасут, но хотя бы уберегут от утраты двух баб. А то и до драки дело дойдет.

— Хотите совет, Елизавета Григорьевна? — чуть наклонился вперед мой гость, и в этот момент явилась Анна.

Пока я давала ей распоряжения, наблюдала за урядником. Я несколько иначе себе представляла эту публику, но мои образы были основаны на книгах и кино, к тому же другого мира. Больше всего меня занимали два тонких браслета, плотно обхватывающие запястья.