Стану ему женой. Ребенок от монстра

— Зачем, если Глодов будет убит?

— Он не последняя цель. Его телохранитель еще… И ты."

"— А ты шустрый, — отстраненно заметил Андрей и поднялся. Схема оказалась сложнее, чем он думал. — Ты мне сейчас назовешь способы связи. Сдашь свои контакты, жилье, все. Я проверю твои слова. Если совпадет, посмотрим, как быть дальше. Пока обживайся. Ты здесь надолго.

Через перемычку наручников он пропустил собачью цепь, найденную в сарае, и замком приковал Исаева к опоре-балке, которая поддерживала веранду над погребом.

Прежде чем подняться, Андрей предупредил:

— Не ори громко. Здесь моя дочь живет. Не пугай ее, она маленькая.

Снаружи уже стемнело. Андрей захлопнул крышку погреба, безжалостно лишив Исаева доступа свежего воздуха, и вошел в дом. Как чужой остановился на пороге.

Лена безропотно ждала на кухне, пила чай за столом. Он с запозданием понял, почему так тихо — Аня уже спит.

— Ты как? — тихо спросил он. Лена держала ладонями чашку, как ребенок. Бледненькая, но нормально держится. — Я про перевязку забыл… Давай обработаю тебе швы.

— Я сама все сделала.

— Хорошо себя чувствуешь?

— Ничего… — она устало пожала плечами. — А этот, — она кивнула в сторону веранды и погреба, — долго у нас пробудет?

— Несколько дней. Лена, я не хочу тебя расстраивать… — как будто он и так недостаточно ее расстраивал или пугал. — На ночь не смогу остаться, срочные дела.

— Ты нас оставишь, когда он там? — пролепетала Лена, от лица отхлынула краска.

— Я его приковал, он не вылезет. Я вернусь завтра, — он с трудом смотрел в ее умоляющие глаза, полные тумана и страха.

Как не хотелось бросать ее и дочку наедине со снайпером, но с собой их брать еще опасней. На целые сутки — одних. Лена выглядела такой несчастной, что вопреки правилу никогда не забегать вперед и не обещать заранее, Андрей немного приоткрыл карты.

— Вернусь вечером и кое-что привезу, хорошо? То, что тебя порадует, милая.

Глава 34

Ночью я спала плохо.

В незнакомом доме, одна, с непрошеным гостем, которого оставил Андрей. Дочку положила рядом с собой, приняла обезболивающее, и полночи ворочалась, чуть что, открывая глаза и прислушиваясь к шелесту сада за окном, лаю соседских собак, и шорохам.

Утром, измученная и перепуганная, встала на рассвете.

Вышла во двор, но все было спокойно.

Немного успокоившись, обработала шов в ванной. На вид более-менее, но я беспокоилась и мечтала, чтобы он поскорее зажил. След останется, конечно. Будет напоминать о моей ошибке, пока совсем не посветлеет и не сольется с кожей.

Анюта еще спала, но я сварила кашу и себе — кофе. Настоящий, в турке, которую отыскала в шкафу. Добавила молока в чашку, и вышла на крыльцо. Сад шелестел листвой, утро, деревенская благодать. Рассветало, и поселок накрыло тишиной и покоем.