Стану ему женой. Ребенок от монстра

Одеяло он швырнул на Исаева, еще и пнул для ускорения. Тот застонал, заворочался. Днем он надел на снайпера наручники — из своих запасов. Андрей наклонился, схватил за перемычку и дернул за скованные руки, заставляя сесть.

— Не прикидывайся, — усмехнулся он. — От такого не подыхают. Рыпнешься, брюхо прострелю и брошу здесь. Садись, разговаривать будем.

Исаев со вздохом приподнялся. Глаза были мутными, но вполне осмысленными. Левую часть лица, которой больше всего досталось, деформировало от отека. Ссадины и участки с содранной кожей стали черными от спекшейся крови, как от сажи. Он сипло дышал ртом.

— Закурить дать? — впрочем, вместо сигарет Андрей вытащил оружие."

"Исаев помотал головой, наблюдая за пушкой.

— Как они меняют отпечатки?

Снайпер удивленно пялился на него и вдруг рассмеялся.

— Я знал, что тебя это заинтересует.

Страшная, уродливая ухмылка Исаева безумно злила. Большим пальцем Андрей вытер парализованный угол рта — единственное проявление нервозности.

— Живется тебе не сладко, — продолжил Исаев, наблюдая за каждым движением. Спокойно, как приговоренный к смерти, которому больше нечего бояться. — С тех пор, как ты облажался на мосту, как девственник, да, и тебя взяли?

Он вел себя так, словно это он главный, он ведет допрос.

Нашел слабое место.

Самую большую его уязвимость. Необходимость до конца жизни жить на дне. Андрей неосознанно осмотрел пленника еще раз — отыскивая слабое место, как волк перед атакой, и от Исаева это не укрылось.

— Артем тебе поможет. Помоги нам убрать Богданова, который держит его в заложниках, и Глодова, и за нами дело не застрянет.

— Как? — повторил Андрей.

Риск того стоил, да. Рискнуть и увести ценного пленника из-под носа Глодова он был готов.

Но все равно ему не верил.

Было бы так легко, любой бы воспользовался. Андрей многих людей знал: при бабках и с большими проблемами, которые за такие возможности глотку бы кому угодно перегрызли.

— Отпечатки не изменить, — он неосознанно провел кончиками пальцев по внутренней стороне ладони. — Это невозможно.

— Их меняют в базе. Твои отпечатки остаются при тебе, но будут числиться под новым именем. Известные люди, как Богданов, еще лицо меняют. Новая жизнь.

— Биообразцы?

— Не знаю. У Богданова с этим не было проблем.

— В моем случае все не так просто, — усмехнулся Андрей, он присел на корточки перед Исаевым, закурил, глядя на влажную землю пола.

— Слушай, — Исаев вздохнул. — Я тебе предлагаю хорошее дело. Без подстав. Ты мне, я тебе. Получишь путевку в будущее. Деньги, новые документы, твои отпечатки за Андреем Ремисовым числиться не будут. Что еще надо?

— На всю семью? — небрежно спросил Андрей.

Исаев осекся, и нехотя признал:

— На тебя. У твоей жены с дочкой свои документы вроде были.