Чужой своим не станет

Позже разговорить его будет труднее: пообвыкнется, справится со стрессом, будет время на обдумывание ответов. Так что «колоть» диверсанта нужно немедленно, чтобы потом у него не осталось пути к отступлению. Сейчас, глядя на радиста, Тимофей подумал, что крайняя мера будет излишней, заговорит и так. Порода крестьянская. Лукавая, с хитрецой. Первоначальные планы о собственной полесской земле растоптаны, а уж этого-то он ни за что не простит фюреру.

Тут надо как-то иначе. Подобрее, что ли…

– Развяжите ему руки, – кивнул Романцев старшему сержанту.

– Товарищ капитан…

– Ничего, проявим милосердие.

Коваленко с видимой неохотой развязал узкий кожаный ремешок.

– Danke[20], – произнес радист, растирая запястья. На коже остались красные следы. Крепко они его спеленали!

– Как звать? – спросил Романцев по-немецки.

– Фердинанд Грубер.

– Это настоящее имя или псевдоним?

– Настоящее, – уныло отвечал радист. – Просто подумал… Если вы меня расстреляете, так лучше под настоящим именем, чем под псевдонимом.

– Разумно рассуждаешь, надеюсь, поладим. А какой псевдоним?

– Ганц Замбер.

– Домой вернуться хочешь? – неожиданно спросил Романцев. – К своей Грэтхен.

– Мою жену зовут Марта.

– Хочешь к Марте вернуться?

– Да.

– У тебя есть шанс, если ты будешь с нами откровенен.

– Я постараюсь.

– Где находится блиндаж, в котором прячется Штольце?

– Вы знаете про гауптштурмфюрера Штольце? – даже не попытался скрыть своего удивления радист.

– Мы много чего знаем, но обстоятельный разговор у нас впереди. Ну? Я слушаю!

– Недалеко отсюда. В двух километрах.

– Это блиндаж?

– Да.

– Крепкий?

– Очень. Его строили для повстанцев. Руководство Абвера рассчитывает, что местное население будет воевать против Красной армии. У них должно быть надежное убежище.

– Вот оно что, – безрадостно хмыкнул Романцев. – Далеко смотрит твое начальство. Покажи на карте, где находится блиндаж.

Радист некоторое время водил пальцем по карте, потом уверенно ткнул:

– Здесь!

– Что ж, хорошо… Местность ты знаешь, а теперь давай веди нас к блиндажу! Если захочешь как-то предупредить Штольце, стреляем без предупреждения. Лично тебя пристрелю!

– Я вас понял, господин офицер.

Вырвав лист из блокнота, Романцев быстро написал радиосообщение и протянул радисту:

– Зашифруй и быстро передай в Центр. Дождись ответа.

– Есть, – сказал радист и, забрав листок, заторопился к приемнику.

Еще через пятнадцать минут он вернулся и доложил:

– Сообщение передал. Отряды выдвинулись к блиндажу. Через сорок минут квадрат замкнут в кольцо.

– Через двойное кольцо им не проскочить.

Радист под присмотром двух автоматчиков двинулся в глубину леса.