Ты снова станешь моей

Отключается и наклоняется губами к моему уху.

- Не просто горячая. Готовая для меня на всё и кончающая, стоит лишь к ней прикоснуться.

...

Когда я кончаю, зажмурив глаза и полностью отвернувшись от него, я обещаю себе, что сбегу. Сбегу, чего бы мне это ни стоило.

Подкуплю охрану, перелезу через забор. Я не знаю. Только... Он не прикоснется больше ко мне, а сегодня на ночь... Забаррикадируюсь в спальне, если надо. Он не станет выбивать дверь при посторонних.

...

Но едва я собираюсь, предпринять хоть что-то, как навороченный айфон Демьяна снова оживает и лишь только он берёт трубку, как резко меняется в лице.

- Что? - только и произносит он.

А потом срывается с места и пулей вылетает из особняка.

Я хмурюсь, не понимая, что это сейчас произошло.

Он ведь...Так быстро уехал, что даже ворота не закрыл.

Неважно. Для меня это тот самый, необходимый мне долгожданный шанс.

Под взволнованным взглядом Валентины Сергеевны я быстро собираю Игорька, но тут один из охранников возвращается. Ворота с лязгом захлопываются.

Я хмурюсь, передаю малыша няне, а сама иду к мужчине. Как его зовут? Надо бы знать, чтобы легче наладить контакт. Ведь только присутствие этого человека и его напарника отделяет меня от побега.

- Михаил, что случилось? - спрашиваю я, подходя. С трудом, но все же припоминая его имя.

Мужчина стоит на дорожке рядом с домиком охраны и курит.

Не понимаю ничего. Или это какой-то новый извращённый план Демьяна?

- Брат хозяина попал в аварию. Точнее, его сбила машина. В общем, он сейчас в операционной, - произносит охранник, а у меня холодеет всё внутри.

- Гордей? - нервно переспрашиваю я.

- У хозяина есть только один брат. Думаю, это он.

- О, боже.

Повинуясь порыву, я набираю Арине, но телефон сестры находится вне зоны доступа. Я понимаю, что она скорее всего в самолёте.

Так, стоп, нужно успокоиться. Подумать. Неужели, все настолько серьезно?

- Виола, деточка что случилось? - спрашивает Валентина Сергеевна, едва я влетаю в дом.

Я быстро рассказываю ей о ситуации, и вижу на ее лице неподдельное сочувствие.

Игорёк, капризничает, а я не знаю, за что мне хвататься. Демьян, конечно, полный придурок, с которым не хочется иметь ничего общего, но Гордей...

- Мне очень нравится Гордей, - признаюсь я, - переживаю за него.

Я быстро кормлю Игорька, оставляю няне подробные инструкции, обещание звонить мне при первой необходимости и прошу Михаила отвезти меня в больницу.

Он исполняет, но меня не сразу пропускают в здание.

Мужчина идет договариваться, кажется, дает охране какие-то деньги. Потом мы едем с ним в лифте, но я не запоминаю дороги.

Хмурюсь, то и дело закусываю губу.