Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

 — Что-нибудь еще?

— Вот и замечательно. А теперь, товарищи, давайте перейдем к другим, не менее важным вопросам…

Когда все разошлись, Берия задержался.

— Товарищ Сталин, — Лаврентий Павлович слегка замялся.

— Василий вместе со мной навещал Светлану, дочь Лазаря. И это не прошло бесследно. — Сталин лишь поиграл желваками, но промолчал, ожидая продолжения рассказа. — Он несколько увлекся утешением. Уже который день проводит у нее дома. Со слов товарища Власика, она Василия зацепила.

— И как реагирует на это Светлана?

— Она растеряна, испугана и подавлена. Отец пропадает на работе, мать погибла. В квартире пусто и одиноко. Само собой, она очень тепло отреагировала на поддержку Василия. Не знаю, насколько далеко у них зайдет, но… — пожал плечами Берия.

— Василий себя как ведет?

— Очень хорошо. На удивление, не пьет. Посещали картинную галерею, гуляли по набережной, в Сокольниках, да и вообще много где. И все под ручку.

— Вот и пускай. Пока. Посмотрим, что будет дальше.

— Товарищ Сталин, вы же знаете Василия. Он парень увлекающийся, порывистый. Может, не стоит допускать? Кто знает, чем это обернется. Вдруг Света от него понесет?

— Так даже лучше будет. Если он под ее влиянием стал себя контролировать, то и ладно. Детей нарожает. Остепенится. В конце концов ее отец может «погибнуть от рук наймитов мирового империализма», если что-то пойдет не так. Будет дочерью геройского маршала. Главное, Василия в руки взять. А то товарищ Власик мне не раз уже докладывал совершенно непристойные вещи про него. Мальчик рос без пригляда…

— А если снова взбрыкнет? Очень неудобно будет. Особенно если Лазарь пройдет проверку.

— Думаю, Лаврентий, мы сможем ему объяснить, что нужно быть ответственным мальчиком. Главное, чтобы образумился… — покачал головой слегка задумчивый Сталин. — Пьянство и кутеж его до добра не доведут.

В ночь на третье июля 1939 года войска генерал-майора Кобаяси начали наступление на предварительно разведанные позиции советских пограничников, перейдя от беспокоящих к решительным действиям. Однако никакого героического сопротивления «до последнего патрона» японцам не оказывали, что вызывало у них раздражение и удивление. Ведь в прошлом 1938 году РККА действовала очень прямолинейно и предсказуемо. А потому совершенно непривычные действия пограничников давали неплохой «урожай».

Советские пограничники использовали доработанную тактику партизан, смысл которой сводился к спорадическим обстрелам с заранее подготовленных позиций и оперативному отступлению, дабы не оказаться под ударом. Когда на позиции, откуда десять-пятнадцать минут назад работало несколько минометов и пулеметов, врывались японские солдаты, их ждали только обычные, противопехотные мины.