Сталин: тайны власти

Более подробно, нежели Зверев, он раскрыл сущность вынесенного на обсуждение депутатов проекта закона о сельхозналоге и не побоялся — через тридцать лет после завершения коллективизации — вспомнить о личном приусадебном хозяйстве жителей деревни; призвал поддержать установление твердого налога, не зависящего, как прежде, от суммы доходов колхозников, списание недоимок за все прошлые годы, да еще определить размер налога для единоличников всего на 100 процентов выше того, что предстояло платить членам артелей.

Только потом глава правительства объяснил, что может позволить проводить столь необычный экономический курс, объявив об очередном достижении паритета с США в области новейших вооружений — о создании в СССР водородной бомбы. И так охарактеризовал ситуацию, сложившуюся в мире: «Впервые за последние годы стала ощущаться некоторая разрядка международной атмосферы. У сотен миллионов людей все больше утверждается надежда на то, что можно найти путь к урегулированию спорных и нерешенных вопросов… Это относится и к тем спорным вопросам, которые существуют между Соединенными Штатами Америки и Советским Союзом. Мы стояли и стоим за мирное сосуществование двух систем. Мы считаем, что нет объективной основы для столкновения между Соединенными Штатами Америки и Советским Союзом».

На самом пленуме все его участники, в том числе секретари и члены Президиума, как-то вдруг, разом, непонятно почему забыли о дружно поддержанном ими же всего шесть месяцев назад принципе коллективного руководства, о том принципе, следовать которому они, по сути, обещали еще раз в июле. Буквально в последние минуты работы, без какого-либо обсуждения, мимоходом, единодушно избрали Н.С. Хрущева первым секретарем партии, вверили ему тот самый пост, который совсем недавно занимал Сталин. Вот как это зафиксировано в стенограмме:

7 сентября, 6 часов вечера. Председательствующий — Маленков.

Президиум ЦК предлагает, товарищи, утвердить первым секретарем Центрального Комитета товарища Хрущева. Требуются ли пояснения этого дела?

Теперь с этого дня, 7 декабря, Никита Сергеевич занимал не только высший пост в партии, но и один из нескольких второго уровня в правительстве, став заместителем его главы. Столь неординарному, далеко не случайно никогда не оглашавшемуся, являвшемуся государственным секретом кадровому назначению пока есть только одно объяснение. Инициатором его непременно должен был быть Маленков. Именно ему было по-настоящему выгодно сделать Хрущева ответственным, и притом юридически, за продолжение разработки и осуществление аграрной программы.