После ссоры

Хардин тоже поднимается, но не подходит близко, сохраняя дистанцию между нами.

– О боже мой… – меня трясет. – Ты и меня снимал на видео, снимал?

– Нет! Господи, нет! Я бы никогда такого с тобой не сделал! Тесса, клянусь богом, я не делал этого.

Глубоко внутри я верю его словам – по крайней мере этим, – хотя не должна.

– Сколько еще их было? – спрашиваю я.

– В смысле, сколько еще?

– Скольких ты снял на видео?

– Только Натали… пока не приехал сюда.

– Ты опять это сделал! После всего, что случилось с беднягой Натали, ты снова записывал видео? – кричу я.

– Всего один раз… сестру Дэна, – отвечает он.

Сестру Дэна?

– Твоего друга Дэна? – Теперь все понятно. – Так вот что имел в виду Джейс, когда вы ругались!

Я совершенно забыла о ссоре Дэна и Хардина, но Джейс намекал, что отношения между ними были напряженными.

– Почему ты сделал это, ведь он был твоим другом? Ты кому-нибудь показывал видео?"

"– Нет, никому. Я удалил запись после того, как отправил Дэну один скриншот… Я правда не знаю, зачем я так поступил. Он вел себя как настоящий засранец: познакомил нас и тут же начал угрожать, чтобы я держался от нее подальше, и мне захотелось трахнуть ее, просто чтобы его позлить. Он все равно тот еще придурок, Тесса.

– Разве ты не понимаешь, как далеко это все зашло? Как далеко зашел ты? – ору на него я.

– Я понимаю! Я все это понимаю, Тесса!

– Я думала, что спор насчет меня был твоим самым ужасным поступком… но, бог мой, это все намного хуже.

История Натали не задевает меня так, как когда-то новость о споре Хардина и Зеда, хотя кажется более подлой и мерзкой и заставляет меня усомниться во всем, что я знала о Хардине – думала, что знала. Я понимала, что он не идеален, что он далек от совершенства, но не думала, что он может пасть так низко.

– Все это было до тебя, Тесса, это мое прошлое. Пусть прошлым оно и останется, – умоляет он. – Я стал другим человеком, лучшим человеком – благодаря тебе.

– Хардин, тебе даже нет дела до того, что стало с этими девушками! Ты ведь даже не чувствуешь себя виноватым, я права?

– Я признаю свою вину.

Я наклоняю голову и смотрю на него, прищурившись.

– Только потому, что теперь я об этом знаю. – Он не пытается оправдаться, поэтому я продолжаю: – Тебя не волновала их судьба, ничья судьба!

– Ты права! Меня это не волнует, мне похрен на всех, кроме тебя! – кричит он в ответ.

– Это уже слишком, Хардин! Даже для меня… Этот спор, эта квартира, все эти ссоры, обманы, наше перемирие, моя мать, твоя мать, Рождество – это слишком, черт возьми, много! Я вздохнуть не успеваю между всеми этими… неприятностями. Одному богу известно, что ты еще там натворил! – Я не сдерживаю слезы. – Получается, я совсем тебя не знаю?

– Знаешь, Тесса! Ты по-настоящему знаешь меня. Это был не я – вот он я. Вот какой я сейчас.