Двое среди руин

После встречи в Провале, с жутким созданием, стычка с которым едва не привела к нашей общей гибели, больше всего опасался, что люди, скорее всего, будут врагами. Мутантами… За себя я не боялся. Пережитый кошмар этих недель, кровавые схватки с крысами — страх потерял надо мной власть. Я учился убивать, прекрасно понимая, что только это умение, не даст, кому бы то ни было, убить меня. А вместе со мной и девушку… Ей тоже придется выучиться этому ремеслу — ради того, чтобы жить. И она — не слабая. После всего того… нет, не сломленная. А значит — я научу ее всему, что знаю и умею сам!

…В развалины, тем временем, очень быстро возвращалась жизнь. Повсюду из земли появлялись ростки, удивительно быстро набиравшие рост и мощь. Вблизи озера Гейзера стали часто появляться следы зверьков — по нашему общему мнению, довольно крупных. Те ли это были, на которых охотился Угар, или другие — мы не знали. Все следы, как две капли воды, походили один на другой, различаясь только величиной отпечатков. Нам, никогда не жившим в лесу и не умеющим читать даже самые простые, было не понять, что за зверь оставил на тропе свидетельство своего появления. Мы видели парочку из них — издалека. Угар, унюхав добычу, унесся вперед и спугнул их — зверьки неожиданно быстро и проворно исчезли среди камней и чахлой травы, появляющейся среди холмов. Я решил устроить там засаду…

Возможно, мы уже не являлись единственными охотниками, среди руин — на дальних холмах мелькали темные тени, по виду очень напоминающие ту самую кошку, которая едва не прикончила нашего пса. Ната показала мне туда красноречивым взглядом — охота на зверьков, могла превратиться в охоту на нас…

— Пусть попытаются, — сквозь зубы проворчал я. — Угар вполне способен кое-кому переломать хребет и без нашей помощи, самостоятельно…

Пес уверенно и с достоинством — откуда что бралось? — снова шел впереди нас. Не зная, что это собака, на расстоянии его вполне можно спутать с медведем, ну разве, не из самых крупных. Шерсть, свисающая до земли, массивная голова с мощной челюстью, кривоватые лапы с втянутыми когтями… Никакой кошке не следовало больше претендовать на легкую победу — Угар мог одним страшным ударом лапы раздробить ей все кости! И мне, почему-то казалось, что он предпочтет именно такой вариант, прежде чем дело дойдет до зубов.

Мы дошли до холмов и выбрали место, в котором затаились — нужно сидеть тихо, не производя ни малейшего шума.

— А ты охотился здесь до меня?

— Нет. Единственная моя охота — и то случайная! — это свинорыл.

Ната многозначительно посмотрела, но ничего не произнесла — я про себя улыбнулся. Действительно, среди руин, впервые в жизни — и надеяться на удачу? Нонсенс… Но вслух сказал:

— Давай ждать… Охота — это, прежде всего ожидание.