Двое среди руин

— Ну, тогда предложи, что-нибудь, сама. Я ведь не виноват, что он стал таким…

Ната не нашлась, что ответить, и умолкла. Мы оба какое-то время смотрели на щенка. Впрочем, называть его теперь щенком, было уже неудобно: он вымахал настолько, что не каждая взрослая, обычная собака смогла бы сравниться с ним в росте. То, что мы с Натой оказались свидетелями этого события, на многое открыло глаза: теперь, хоть примерно стало понятно, что происходило с теми животными, которых мы встречали во время странствий. Правда, не совсем ясно, как могли настолько измениться в размерах змеи, превратившиеся чуть ли не в драконов, но ведь вокруг столько непонятного…

Ната приподнялась на локте и полушепотом произнесла:

— Так нельзя. Ты не должен лежать на холодном полу, раз я заняла твое место. Ты простудишься и заболеешь.

— Вряд ли. Приходилось спать и в более холодных местах.

— Зачем об этом вспоминать? Сейчас есть возможность ночевать в тепле, вот и надо этим пользоваться. Ложись рядом… — она все-таки вынудила меня подняться и чуть ли не силком втянула на ложе. После, когда я лег, стараясь не задеть ее — любое прикосновение заставляло биться мое сердце учащенно — пристроилась у меня на плече, прошептала:

— Ты его боишься?

— Нет. Я боюсь другого…

— Чего же?

Я вздохнул, убирая ее руку со своей груди.

— Тебя. И себя тоже. Ты уже не маленькая… хоть и притворяешься такой.

— Хочешь сказать — нам не следует спать вместе? Да, я не настолько наивна, Дар. Но… я же, все-таки, боюсь!

— Его больше, чем меня? Ты же говорила, что он не опасен?

— Не опасен. Но, все равно. Он… такой большой. Все так сложно…

Пес зашевелился в своем углу. Мы притихли и перестали шептаться, полностью обратившись в слух. Я заметил, как темная туша Угара поднялась, и сжал рукоять меча…

— Нет! — Ната ухватила меня за кисть. — Не надо!

Пес неторопливо подошел к нашей постели и положил свой влажный нос в раскрытые навстречу ладони Наты.

— Дар, — Ната погладила пса по голове, — он не тронет. Он наш прежний Угар. Ведь, правда?

Пес, услышав, что назвали его имя, лизнул ее шершавым языком. Ната счастливо засмеялась:

— Он будто все понимает!

— Даже слишком…

Угар оторвался от рук девушки и пододвинулся ко мне. Я напрягся, не зная, что ожидать от этого, слишком уж умного пса… Угар склонил голову передо мной и, вильнув хвостом, поднялся на задние лапы, закинув передние на одеяло. Это было чересчур — я не разрешал ему никогда такого делать, чтобы не приучать лежать на постели. Но сейчас промолчал, ожидая дальнейших действий переродившегося пса.

— Погладь же его… Он ждет твоей ласки! — Ната с мольбой смотрела на меня.

Я нерешительно высвободил руку и положил ее на загривок собаки. Угар поймал кисть зубами… и еле заметно сжал ее устрашающими клыками.