Мщение справедливо

Он проводил мировую операцию по обмену своей депутатской квартиры в Митине на приватизированную квартиру в Москве, и не где-нибудь, а на Большой Полянке, в солидном каменном доме, построенном еще при царе Горохе. На доме даже охранная медная табличка имеется. Хозяйка, ровесница Октября, осталась одна в трех комнатах, боится, что подселят к ней кого, уплотнят. К ней и иностранцы, и наши черные подъезжали. Большие деньги дают, только бабуся собственной тени боится. Как иностранец объявится, ей уже видится, что в ЧК ведут. А если черный какой объявляется, так она на все замки, сама к телефону прижимается, словно Анка-пулеметчица, в милицию названивает, что грабят. Позже Еркин узнал, что старуху так в милиции и зовут Анка-пулеметчица.

А квартира! Ахнешь. Потолки – высь необъятная, там на облачках купидончики нарисованы. Ну, засрана фатера так еще. Как в семнадцатом въехали, так может раз в году к Пасхе пол мыли, а уж на остальное без слез и не взглянешь. Ну, Еркин – мужик хозяйственный, он что – товар не понимает? Очень Олег Кузьмич хозяйке приглянулся. Ну, во-первых, он сразу с мильтоном и техником-смотрителем пришел, тем заплатить пришлось, святое дело. Во-вторых, конечно, бабке наиважнейше, что депутат. Она долго его книжечку заскорузлыми пальцами мусолила, допытывалась, с каких он мест, сама она, хоть и родилась в Москве, так на век деревенской и осталась.

Мильтон с техником враз почувствовали, что жареным пахнет. Им, конечно, иностранцы и черные тоже сулили, но со своим вернее, опять же депутат, не подкопаешься.

Еркин хозяйке себя и по телевизору показал: объявил, когда выступать будет. Его телевизионщики снимали, а в ящике и не было. Да и бабка не поняла сослепу, все про его чубчик и розовенькую рубашечку рассказывала.

Тут главное провернуть обмен этим годом, до перевыборов, а то так и останешься под Тулой с поросятами, женой злющей да двумя девками, неизвестно как сделанными.

А здесь такая заморочка с почтой пришла, миллион за охрану требуют.

Тяжелые мысли прервал телефонный звонок. Еркин не торопясь снял трубку, выждал паузу; он всегда строг становился, когда приходилось говорить по телефону.

– Алле, Еркин слушает.

– Здравствуйте, Олег Кузьмич, – прозвучал мелодичный женский голос. – Вас беспокоит Вероника Андреевна Ждан, супруга помощника Президента.

– Олег Кузьмич, извините, что по пустякам беспокою, но моему мужу тут письмо пришло. – Вероника взглянула на Яшина, который слушал разговор по параллельному аппарату. – Так вот письмо пришло, кажется, на нем был штемпель – «Ознакомить с депутатами Думы», а я письмо, естественно, не читая, куда-то засунула.

Еркин еле дождался паузы и быстро сказал:

– Я никакого письма не получал, служебные дела по телефону не обсуждаю. – И брякнул трубку.