Мщение справедливо

Поднявшись поутру, слонялся без дела, завтрак готовить было лень, будить жену даже в голову не приходило, все, что она скажет и сделает, известно заранее. Пятьдесят лет, роскошная квартира, дача, личная и служебная машина. О чем еще может мечтать человек? Лицо, приближенное к императору... В отношении данной близости Ждан себя не обманывал, но к самой ручке не лез, уж больно тесно, затолкают, ноги оттопчут. А он любил покой. Оттого что Ждан не лез, лишнего не хотел, коллеги относились к нему доброжелательно, что не мешало им за его спиной порой ехидно улыбаться, порой доверительно говорить, что и у кормушки человек пристроился, да не ест как следует, вроде бы даром место занимает. Но дело свое Ждан знал прекрасно, подготовленные им бумаги всегда были безукоризненны. И «сам» даже с тяжелого похмелья не чиркал их, молча отправляя в папку «На исполнение». Это совсем не значит, что документы, подготовленные Жданом, впоследствии исполнялись. Существовали первые помощники, иные, более приближенные лица, они решали по-своему. Но Ждана это уже не касалось. Он делал свою работу внимательно и честно.

Да, квартира была хороша. Тут женушка подсуетилась и была права: бери, если сегодня положено, а то завтра можешь не получить ничего. По чьим постелям она суетилась, он не интересовался очень давно. Знал, его супругу многие побаиваются, значительно больше, чем его самого. Дал Бог женщине ум1 красоту, об остальном забыл или посчитал, что для одной вполне достаточно.

Погода хреновая, на дачу не поедешь. У «самого» сегодня собираются, Ждана, естественно, не пригласили. Оно и к лучшему. Близко не зовут, далеко не прогонят. Хотя за «не пригласили» супруга заехала ему туфлей в физиономию, еле увернулся. А уж слова она говорила, что ни у какого Даля не отыщешь. А ведь в девичестве была из интеллигентной семьи.

Он хотел открыть бар, испугался, что дверца сильно скрипит, а дверь в спальню приоткрыта. Дверь закрыть, опять можно нарваться на неприятности. Он решил вопрос в обход: ушел на кухню, – то ли итальянскую, может, немецкую, тут он не дока, – залез в холодильник, быстро выпил стопку водки, чем-то зажевал и бодро отправился в кабинет, считая, что операция прошла на высшем уровне. Вчера Вера, так звали супругу, выбрала для себя более звучное имя Вероника, устраивала деловой ужин, на котором Ждана обязывали «пить как все», потому запах от утренней рюмки уловить невозможно.

Он любил свой письменный стол и садился за него всегда с удовольствием. Удобное деловое кресло, без верчений, кручений, хорошие ручки, качественная работа, ничего лишнего. Еще он любил стол за то, что он являлся неприкосновенной собственностью хозяина, даже пыль с него Ждан стирал собственноручно.