Спорим, будешь моей

Удивительно, что не прорывается наружу.

Мгновение спустя все парализует током. Тогда уже от него ведет и шатает. Пульсация нарастает.

Павел Задорожный собственной, мать его, персоной. Довелось-таки встретиться и оценить лично. Какое все-таки непонятное рыжеволосое чмо. Соррян, блядь, мне сейчас абсолютно плевать на все, чему меня годами учила мама. В парах агрессивной злости подмечаю и странную, чрезвычайно формальную одежду, и возраст не первой свежести, и липкие манеры. Крысак вроде Дикарку и не трогает, но смотрит на нее, словно нездорово помешанный. Долбанутый маньячело.

Хоть я не исключаю предвзятости, сам наверняка не лучше рядом с ней выгляжу. Но, блядь… Она ведь моя. Моя! Естественно, что я сию секунду готов на этого Задорожного наброситься. Разорвать. На куски разбросать. Похуй на последствия, когда думаю, что он к ней прикоснется.

К счастью или к сожалению, рядом оказывается Тоха. Не успел зайти в корпус за остальными. Копался в своей тачке, пока я целенаправленно ждал Богданову.

– Ты чего, бля? – перекрывает путь, когда с очевидным намерением спрыгиваю с капота и рвусь в сторону троицы. Мельком замечаю, как Соня маячит «ручным крестом», мол, не подходи. – Куда с такой рожей? Только не махач. Только не здесь. Помнишь же, скоро турнир по киберу[1]? Хватит того, что в прошлом году из-за Любомировой просрали.

Фамилия Вари срабатывает, как предохранитель. Я вдруг вижу себя со стороны. Понимаю, что похлеще Бойки сейчас запрягаю. И готов ведь прямо здесь, без особых на то причин отбить этому чмырю рожу.

– Не из-за Любомировой, – бросаю грубо, как только удается восстановить дыхание. Хотя оно все еще выше и сиплее, чем положено. – А из-за собственной тупости.

– Пусть так, – фыркает Тоха. – У Бойки сперма кипела, мы по-братски поддерживали. А ты сейчас чего? – только после этого ведет взглядом за проходящей мимо нас троицей. Лиза голову не поднимает. Тротуар исследует. И вроде в своем обычном балахоне, но Тоха, этот блядский баран, вдруг выдает: – Это она! Сука, как я сразу не понял… Нихуя се!

Смотрит на меня, как на безумца. Да я, походу, так и выгляжу. Жаль, что похрен.

– Отвали, – все, что удается произвести.

– Блядь… Как тебя угораздило? – тянет Шатохин почти огорчено. В своей придурковатой манере, конечно. Потом что-то читает в моем лице и толкает почти на измене: – Твою мать… Нет, нет, нет… Не влюбляйся, дурак!

– Пошел ты, – шиплю, грубо пихая в сторону.

Решительно шагаю к центральному входу.

– Да не будь же ты идиотом! Бойку видел? Нахуя тебе такое счастье?! – орет Тоха мне в спину. Ответа, конечно же, не получает. Поэтому стонет весьма расстроено: – Сук-а-а…

Думал, дождаться второй пары, как договаривались. Но сейчас понимаю, что не вывезу и пяти минут.