Спорим, будешь моей

Я киваю, не успев обработать информацию.

Встречаюсь с Богдановой взглядами. Вижу в ее воспаленных глазах страх. Да меня и самого рубит, как никогда. Однако я шагаю к ней. Поймав дрожащую ладонь, не задумываясь, падаю перед кушеткой на колени.

Ни одно свое движение не успеваю обдумать. Просто прижимаю ее руку к губам. Не целую. Блядь, конечно, нет. Выдыхаю, чтобы согреть, потому что она ледяная.

– Не бойся, Дикарка.

Ирина Геннадьевна тем временем быстро стучит по клавишам стационарного телефона.

– Здравствуйте! «Скорую» в академию. Срочно. Подозрение на аппендицит. Острая форма. Жар, тошнота, резкая боль, потеря сознания…

– Я с тобой, – надеюсь, что мой тихий выдох громче, чем поставленный голос медработника. – Все будет хорошо, лады?

– Лады… – отражает Лиза и слабо кивает.

Медленно облизывает губы. Они у нее сейчас красные, а после этого движения еще и мокрыми становятся. Стараюсь не пялиться, но на пару секунд все же подвисаю.

Только уловив эти рубленые фразы, отрываюсь. Опускаю взгляд.

– Ждем, – повторяет фельдшер уже, очевидно, для нас. Замечаю, что Лиза переключает внимание на нее. Сам не двигаюсь. – Как сейчас? Терпимо? Хуже не становится?

Хотя по голосу ни на какое «нормально» ее состояние не тянет.

– Хочешь кому-нибудь позвонить? – спрашиваю, чтобы как-то отвлечь. – Родителям? Сестре?

Выпускаю ее кисть, чтобы достать трубу, но Лиза вдруг перехватывает мою руку и снова сует под нее свою ладонь.

– Нет, нет… Не хочу… – мотает головой. – Потом… Сама…

Не знаю, сколько точно времени проходит. По ощущениям, кажется, что «скорая» приезжает достаточно быстро. Благодаря нашему фельдшеру мне удается проскочить с Богдановой в салон авто. Последний раз я был в больнице, когда Любомирову сбила машина, и первое, что всплывает в памяти – нужно сразу «договориться» с врачами.

Пока Лизу осматривают, сбегаю вниз к банкомату. С помощью мобильного приложения снимаю со счетов все доступные средства. Даже валюту. Когда поднимаюсь обратно на этаж, первичный диагноз подтверждается.

По-тихому «скидываю на карманы» хирургу, анестезиологу и медсестрам. Богданову тут же начинают готовить к операции.

– Все будет нормально, помнишь? – успеваю сказать ей. – Я буду ждать. Ничего не бойся.

– Хорошо, – кивает, удерживая на мне взгляд гораздо дольше обычного. – Прости, что я тебя обманула… Я… Я потом жалела.

Все обмозговал, изучил и сам догнал, конечно. Но, блядь, когда это говорит Лиза, такими эмоциями захлебываюсь, ничего ответить не способен. Закусывая губы, медленно вдыхаю и киваю.

А потом ее увозят, и я остаюсь ждать.

Умом понимаю, что сделал все, как надо. Опасности нет. Это ведь просто аппендицит. Но… Сука, отчего-то потряхивает. Причем так основательно, на месте усидеть не способен.