Княжна Разумовская. Спасти Императора

Но вот с ним я обязательно поговорю вечером, даже если потребуется прождать его возвращения до глубокой ночи. Я хотела узнать подробности расследования. Два дня, занятые венчанием и его последствиями, полностью выпали, а ведь столько всего могло произойти! Почему, например, его вызвали на службу в такую рань? Что-то случилось?..

Но дожидаться мужа до ночи мне не пришлось. Я не успела допить в одиночестве свой чай, когда в малую гостиную, в которой я устроилась, вошел лакей и объявил, что экипаж Их сиятельства подъехал к воротам.

Георгий вернулся не один. Оказавшись в холле, я увидела графа Каховского. Он мялся в дверях, даже не сняв плаща. Он с трудом выдавил из себя приветственную улыбку, и я поняла, что что-то случилось даже раньше, чем встретилась взглядом с мужем, который выглядел совершенно измотанным.

Я чуть склонила голову, а он шагнул ко мне и взял за руку. Мы оба были без перчаток, и я впервые почувствовала прикосновение его прохладных ладоней, а не привычного атласа. Он чуть сжал мои пальцы, и я сразу же напряглась, заподозрив неладное. Князь не стал бы без причины столь открыто проявлять чувства. Тем более — при посторонних, пусть даже Михаил был ему другом.

— Мы получили второе послание от террористов, — сказал он, большим пальцем успокаивающе поглаживая тыльную сторону ладони. — Вам придется отправиться со мной на службу.

— Меня опять станут допрашивать?

Глубокая складка залегла у князя на переносице. Он резко покачал головой.

— Нет, Варвара Алексеевна, это не допрос. Но я... я должен показать вам послание.

Глава 34Весь путь в экипаже до здания, в котором находилось Третье отделение, мы втроем проделали в молчании. Я лишь спросила у князя, из-за послания ли от террористов его вызвали на службу рано утром, и он подтвердил мои догадки.

Тревога вновь тугим узлом завязала мои внутренности. Мысли крутились в голове одна хуже другой. Получается, первое послание действительно было. Оно не оказалось выдумкой обер-полицмейстера, с помощью которой он хотел выдернуть меня на допрос тет-а-тет. И когда они не получили ответ, то попробовали еще раз. И теперь уже придумали нечто такое, что заставляло князя то и дело беспокойно вглядываться в мое лицо.

— Помните, это не допрос. Вы вольны уйти в любой миг. Просто скажите мне, и я выведу вас из кабинета, — торопливо говорил Георгий, когда, выйдя из экипажа, мы шагали к знакомым дверям.

Хотела бы я их забыть.

— Вы меня пугаете, — сказала я ему.

— Я знаю, — нерадостно кивнул он. — Но иначе нельзя, княж... княгиня.

В просторном кабинете — ничуть не похожем на кабинет ротмистра — набилась целая толпа. И все они разом замолчали, когда мы, сопровождаемые Михаилом, оказались внутри. Я заскользила изучающим взглядом по лицам мужчин.