Спаси моего сына

 – Марк в порядке?

Я застываю, как будто из меня разом выкачали все силы. Только смотрю на профиль Дани в полумраке и жадно ловлю каждую эмоцию, написанную на его лице. Если стану ориентироваться на них, а не на то, что говорит и делает Верниковский – у меня будет больше шансов уберечься.

– Да. Деньги собрал, я же сказал, – рявкает Даня. – Соня со мной. Да. Понял. Нет. Уже скажи, куда ехать, и мы просто с этим покончим.

Он прижимает трубку к уху плечом. Выруливает из двора. С силой сжимает переносицу пальцами. Я же вытаскиваю из кармана телефон и печатаю дрожащими пальцами:

«Саш… я тебя больше не побеспокою, обещаю».

Чёрт, сколько пафоса, аж самой тошно. Стираю и печатаю снова:

«Мне очень страшно».

Нажимаю «отправить», пока не засомневалась и не передумала. Дарьялов звонит мне через мгновение. Сбрасываю вызов и печатаю снова:

«Не могу говорить».

«Где ты и что случилось?»

«В машине Верниковского. Света забрала Марка. Мы едем его вызволять».

«Какого чёрта? Ответь на звонок».

Снова звонит, приходится опять сбросить вызов.

– Она сказала, что теперь будет связываться с тобой каждые десять минут.

Даня протягивает мне свой телефон, отшатываюсь, будто он мне гадюку в руки взять предлагает.

– С ума сошёл? Я вообще только за Марком и деньги отдать, – сиплю в ответ.

– Соня… пожалуйста. Она просто скажет, ты передашь мне.

– Что это за игры такие идиотские?

– Не знаю.

Он кладёт телефон мне на колени. Смотрю в окно – кажется, мы едем в направлении выезда из города. Начинает ощутимо потряхивать.

«Софа… я сажусь в машину. Куда вы едете?»

«Я не знаю. Кажется, в сторону Выборгского шоссе».

«Твою мать, я на другом конце города. Еду к вам»

Общение с Дарьяловым хоть немного, но успокаивает. Кстати, о нём.

– Дань… а ты какого хрена полез туда, куда тебя не просили, м? – задаю вопрос вроде бы нейтральным тоном, хотя внутри у самой всё кипит от негодования.

Верниковский сразу понимает, о чём речь. Бросает на меня быстрый взгляд, а сам словно бы сдувается.

– Прости…

– Ещё добавь «Я больше не буду». Знаешь, после такого ты вообще ко мне на пушечный выстрел подходить не должен.

– Прости, Сонь. Я только и делаю, что косячу.

Ну хоть какая-то здравая мысль.

– Очень хорошо, что ты это понимаешь, Верниковский. И давай уже окончательно договоримся – эта наша с тобой встреча, она последняя будет. Хотя бы на ближайшие пару лет. Тем более, ты собрался уехать.

Он впивается пальцами в руль, сжимает челюсти, но всё же кивает.

– Ты вообще чего дальше со Светой своей думаешь делать? Мне так, чисто для понимания, чего бояться.

– Нечего бояться. Она деньги заберёт и всё. Суд по Марку уже скоро – надеюсь, быстро решат.

– А ты вообще учитываешь, что на неё тогда алименты повесят?

– Учитываю. Света знает, что мне от неё ничего не нужно.