Ложь без спасения

Я могла бы долго лежать мертвой, прежде чем кто-нибудь это заметил бы!

– Ах, мама! – запротестовала Надин виновато, потому что эти слова ее матери были правдой. – У тебя ведь есть я!

– Ты, бывает, по две недели не звонишь. А у меня появляешься еще реже… Нет-нет! – Мария подняла руки в протестующем жесте, заметив, что Надин уже открыла рот, чтобы защищаться. – Это не упрек. У тебя, конечно, собственная жизнь, и ты не можешь обременять себя еще и своей старой матерью.

– Я должна была больше заботиться о тебе, – сказала Надин. – Я исправлюсь.

Эта мысль повлекла за собой другую, еще более мрачную. Жоли поняла, что заботиться о матери означает остаться в этом городе. Продолжать вести ту жизнь, что она сейчас вела. Принять печь для пиццы как судьбу. Принять зал с туристами среднего пошиба. Принять Анри с его маленьким миром.

Ее глаза вновь стали мокрыми от злости, и она сжала кулаки в карманах своей спортивной куртки.

А Мария тем временем продолжала:

– Нашла ее женщина, которая убирает у нее и вообще присматривает за домом, когда в нем никто не живет. Моник Лафонд, ты ее знаешь? Она живет в Ла-Мадраге. Она и у Изабель тоже убирает, поэтому та и знает обо всем. Моник была в шоке и теперь долго останется на больничном. Изабель говорит, что у нее целыми днями стоят перед глазами эти ужасные картины, а ночью она не может спать. Да и не удивительно! Наверное, это было очень страшно!

– А теперь ты тоже боишься, – сказала Надин, вернувшись к теме о слезоточивом газе. – Но, мама, может быть, убийца охотился именно на эту женщину? Если он ничего не украл, то это не обычный взломщик.

– Полиция сейчас расследует прошлое убитой. Конечно, это может быть отвергнутый любовник или бывший партнер по бизнесу ее мужа, который хотел отомстить за что-то… Но возможно также, что кто-то намеренно выбирает одиноких женщин, что это человек, для которого убивать – своего… своего рода наслаждение. Ведь была убита и маленькая дочка, а с ней уж едва ли у кого-то могли быть личные счеты.

– Ты хотела бы пожить у нас какое-то время? – предложила Надин. Она не верила, что ее мать находится в опасности, но ей было бы жаль, если б Мария на протяжении многих недель не могла сомкнуть глаз от страха.

– Нет-нет, – ответила Иснар, – ты же знаешь, я лучше всего сплю в собственной кровати. Я поставлю баллончик со слезоточивым газом на ночной столик. Уж я так намертво всегда запираю свои двери – услышу, если одну из них взломают! Тогда у меня будет время защититься.

Это натолкнуло Надин на последний вопрос:

– А как он, собственно, попал в дом? Я имею в виду, к убитой?

– Это как раз всех и удивляет, – сказала Мария. – Признаков того, что он вломился в дом, не смогли обнаружить. Ни одного разбитого окна, ни взломанной двери… Ничего.