Ложь без спасения

Она разглядела на веранде большую тень – это был, как ей показалось, мужчина, который, похоже, хотел войти к ней.

Ее первым импульсом было побежать наверх, в спальню, и закрыть за собой дверь, но потом Лаура подумала, что это глупо, и заставила себя потихоньку встать. Интересно, он давно уже наблюдает за ней? Здесь, внутри, освещенная огнем, она была как на ладони, ее легко можно было увидеть с улицы. Фрау Симон разозлилась при мысли об этом, хотя и не поняла, почему это так сильно ее задело.

Она все еще размышляла, что делать, когда вдруг услышала, как ее позвали по имени:

– Лаура, это я, Кристофер. Ты мне откроешь?

С глубоким облегчением она пошла к балконной двери и открыла ее. Хейманн протолкнулся вовнутрь, потирая при этом руки.

– Ну и холод же на улице! Я слишком легко одет. – Он быстро, по-дружески чмокнул ее в щеку. – Привет, Лаура. Извини, что так поздно. Я весь день просидел за письменным столом и совсем потерял счет времени.

Лаура поежилась от холодного воздуха, который вместе с неожиданным гостем потянулся в комнату, и быстро закрыла дверь, после чего несколько обескураженно посмотрела на Кристофера.

– Что значит – слишком поздно? Мы разве договаривались?

– Я же вчера сказал, что сегодня около половины девятого опять буду здесь, – ответил Хейманн на ее удивленный взгляд.

Женщина схватилась за голову с виноватой улыбкой.

– Это невероятно. Я действительно не помню. Я настолько сбита с толку с тех пор, как… как все это случилось… Скоро я забуду, как меня зовут!

Кристофер улыбнулся.

– Это прекрасно можно понять. Ты уж только из-за этого не переживай.

Лаура подумала, что он был терпеливее и менее склонен к отстраненному совершенству, чем ее покойный муж. Уж Петер-то едва ли удержался бы от циничной реплики.

– В таком случае, – продолжил Кристофер, – ты, видимо, и поесть ничего не приготовила?

Фрау Симон сглотнула.

– Мы и об этом договаривались? О боже…

Ее гость засмеялся, тепло и сердечно.

– Да. Но это не проблема. Я приглашаю тебя сходить куда-нибудь. Чего бы ты хотела?

Самым честным ответом Лауры было бы: «Чтобы ты ушел». Она ощутила почти болезненную потребность побыть одной. Но после того, как Лаура забыла об их с Хейманном договоренности, она не могла обойтись с ним так бесцеремонно. У него были добрые намерения, и он не хотел предоставлять ее самой себе.

Все же Лауре удалось собрать все свое мужество, чтобы сказать ему, что она не желает никуда идти.

– Я могу предложить тебе хлеб с сыром, – сказала она. – Или мы могли бы разогреть остатки вчерашнего. Вина в доме достаточно. Но я сейчас не хочу оказаться на людях.

Кристофер понял ее и скрылся на кухне. Оставшись у камина, она слышала, как он орудовал на кухне, гремя кастрюлями и столовыми приборами.