Убийство в спальном вагоне

Не нравилось ей, что каждый встречный-поперечный, даже незнакомый, вместо того чтобы просто поздороваться, тут же норовит полезть целоваться. Не нравился шум, слишком громкая музыка, пустые разговоры, жаргонные словечки. Ей жалко было времени, проведенного в душном, полутемном, прокуренном зале, где люди совершенно ничего не делали – не ели, не танцевали, не разговаривали, а только сидели, лениво перебрасываясь пустыми фразами, прикуривая одну за другой сигареты. Ей хотелось домой, где все такое удобное, свое, где так приятно почитать под старой лампой с зеленым абажуром, где тихо и папа за стенкой. Стас же такое времяпрепровождение называл прозябанием.

Они не ссорились – Стас всегда был весел и приветлив. Отец помалкивал, но Анфиса видела, что он не одобряет ее мужа.

Денег Стас в дом приносил мало – только расписывал, какие у него намечаются грандиозные проекты, нужно просто немного подождать. Она не слишком настаивала, привыкла жить скромно. Однако пару раз нашла на его рубашке посторонние длинные волосы, и пахло от Стаса не чужими духами, а чужим телом, что, разумеется, гораздо серьезнее. И даже как-то в ресторане подвыпившая малознакомая девица указала ей пассию Стаса. Она так и сказала – нынешняя пассия. Значит, была прошлая и будущая тоже будет.

Анфиса восприняла все довольно спокойно. Однако нужно было поговорить.

Стас не подкачал. Он нисколько не смутился и не думал ничего отрицать. Ты не понимаешь, говорил он, это такая жизнь. Не нужно придавать этому большого значения, лучше вообще про это не думать. К этому все относятся легко, так что не стоит быть занудой.

К своему удивлению, Анфиса махнула рукой на инцидент. К тому времени она перестала бывать в компаниях, они осточертели ей до тошноты. Так какая разница, чем там занимается ее муженек?

Приехала Лидка Федоскина, они столкнулись, как обычно, во дворе, Анфиса познакомила ее с мужем. Он Лидкой заинтересовался, потому что та вывалила кучу интимных московских сплетен. Лидкина бабушка умерла, и она оформляла бумаги на здешнюю квартиру. Лидка торчала в Питере дольше обычного, а Стас стал бывать дома еще реже. Анфиса не очень над этим задумывалась, поскольку папа стал прихварывать, и нужно было убедить его лечь на обследование.

Так продолжалось несколько месяцев, пока Анфису не остановила во дворе дворничиха тетя Люба и, пользуясь тем, что знала Анфису с детства, не раскрыла ей глаза. Оказывается, Стас давно уже живет с Лидкой Федоскиной, сказала тетя Люба, весь двор это знает, потому что они не скрываются и даже занавесок не задергивают по вечерам, так что сосед напротив, одинокий пенсионер, купил бинокль и смотрит бесплатное эротическое шоу, а потом пересказывает все бабкам на лавочке. А Лидка квартиру продавать передумала.