SPA-чистилище

Тогда Ваня – он был послушным мальчиком – вылез из-под чудовища и отправился к окнам. Они из зала выходили на три стороны, а в четвертой стороне была кухня. А еще он заметил, что рядом с кухней – лестница, которая ведет на второй этаж. Двухэтажный дом – здорово! Ванечка еще никогда таких не видел.

Но из окон – а Ваня все три исследовал – мало что было видно. Взгляд упирался в сугробы, кусты и деревья, даже до забора не доставал.

А тут и дядечка пришел из кухни. Перед собой он катил чудной столик на колесиках – таких Ваня тоже никогда не видывал. Со столиком вместе катились пузатый чайник, чашки и, главное, три вазы. В одной было целое сокровище: гора разноцветных конфет. В другой – иное лакомство, от которого у Ванечки слюнки потекли: зефир в шоколаде. Ну а в третьей, обычное варенье, которым мальчика было не удивить: у бабушки в погребе сто банок варенья стояло, и он, конечно, предпочел бы вместо варенья какую-нибудь еще дефицитную вкусность, например лимонные дольки. Однако Ваня, конечно, ничего о том не сказал, потому что, во-первых, был воспитанным мальчиком, а, во-вторых, на столике и без того лакомств хватало.

– Ну, давай чайку с тобой попьем, – благодушно сказал хозяин. Его лицо после пребывания на морозе раскраснелось, очки он протер. – Садись и налетай на конфеты, не стесняйся. А я сейчас поставлю на видеомагнитофоне мультик. Ты ведь любишь мультики?

Ух ты, у дядьки и видик есть! Конечно, Ванечка любил мультики и закивал головой – потому что рот был уже занят конфетой «Мишка косолапый».

– Садись на диван. Будем смотреть «За миллиард лет до нашей эры». Ты не видел этот мультик?

– Про маленького динозаврика, который искал свою маму.

Дядечка налил Ване чаю, а сам пошел рыться в видеокассетах. Пока его не было, Ванечка незаметно успел еще две конфеты съесть – они были объедение, он и не помнил, когда в последний раз шоколадные конфеты ел.

Потом дяденька включил мультик и присел на диван с Ванечкой рядом.

Началось кино, и оно сразу захватило мальчика. Но при этом он не забывал и о конфетах, и о чае: временами отправлял в рот новую и из блюдечка прихлебывал.

А дядечка рядом, казалось, тоже был поглощен мультиком. Потом он придвинулся ближе к мальчику и обнял его за плечи. Дедушка так делал часто, поэтому Ваня не придал этому значения. Напротив, он привалился к теплому боку дяденьки: так смотреть было уютнее.

А потом хозяин, не отрываясь от экрана, своей рукой стал гладить Ваню. Однако он гладил не так, как бабушка, мама или дед. В его поглаживаниях не было ничего успокоительного, как у них. Напротив, рука дяденьки будоражила. Вызывала какое-то новое чувство, которое Ванечка еще никогда в жизни не испытывал. Ему стало и страшновато, и радостно.