Не приходя в сознание

— Что значит пришел?

— Это значит, что его не подбрасывали, что дома он оказался неслучайно, что вещь эта вам не такая уж чужая, как вы это пытаетесь изобразить.

Обернувшись от двери, Жигунов некоторое время с яростью смотрел на Демина, потом как-то обмяк, усмехнулся.

— Скажите пожалуйста, пытаюсь изобразить... в моем положении еще что-то пытаться. Тут бы живу остаться.

— Вы многое вспомнили со времени нашей последней встречи. Каждый раз, когда мы с вами встречаемся, вы словно бы маленький подарочек мне готовите. Сегодня вот Ромашкину подарили.

— Не дарил я вам Ромашкину! — зло выкрикнул Жигунов.

— Конечно, конечно... Я в переносном смысле. Не возьму я Ромашкину, не бойтесь. Чует мое сердце, она вам самому еще пригодится.

— Может, и пригодится, — угрюмо кивнул Жигунов.

— И все-таки не пойму, что вас держало в доме целый день! — воскликнул Демин. — Не пойму.

Жигунов отошел от двери, приблизился к самому столу.

— Отец, понимаете? Отец! — заговорил он с тихой яростью. — Какой-никакой, а батя. Ведь я его и другим помню — молодым, сильным, трезвым. Я не снимаю с него вины, но и казнить его до самой смерти тоже не буду. Каждую минуту за это проклинать?! Нет. Пришел он ко мне на работу, сам пришел, первым. Пьяным пришел, потому что трезвым не решился. Для храбрости выпил. Что мне было делать?. Гнать его? Нет. Не стал. Отвел домой. Ведь это и мой родной дом, вырос я в нем. Дай, думаю, посмотрю, как батя живет. Семьдесят ему, а живет один... Вот и пошел. Еще была мысль, и в ней признаюсь... Может, думаю, наладится все, может, вернемся с женой в дом... В общежитии — какая жизнь? Крики почти всю ночь, смена уходит, смена приходит... А потом, я же говорил — сам выпил, контроль потерял. Над временем, над собой, над положением за столом...

— Пьян был, ничего не помню, — как бы про себя проговорил Демин.

— Да! — закричал Жигунов. — Да! Не помню! Что же мне, вешаться?!"

"— Думаю, не стоит, — спокойно ответил Демин. — Будем работать, Жигунов. А у вас есть время подумать, глядишь, и вспомните чего-нибудь новенькое, а?

— С Закаталами разговаривал, — сказал Рожнов на следующее утро. — Там тебя ждут. Добираться лучше всего через Тбилиси. Самолетом, а дальше автобусом. К вечеру того же дня будешь на месте.

— И там действительно живет родня нашего Мамедова?

— Живет, — кивнул Рожнов. — За домом установлено наблюдение.

— Не верится, чтобы Нефедов там появился...

— Уже появился, — невозмутимо сказал Рожнов. — Местные товарищи заглянули в гостиницу, она там единственная. В этой гостинице одну ночь провел некий гражданин по фамилии Нефедов.

— Наш Нефедов?

— Трудно сказать, — усмехнулся Рожнов. — Когда-то я был в Закаталах, — мечтательно проговорил Рожнов. — Какой там базар! Обязательно посети.