Совушка ее величества

 – Ну? Теперь что делать будешь, Викуся?

Не веря в то, что он так легко смог не просто обезвредить меня, но и позволить себя ранить, я могла лишь смотреть на происходящее расширенными от ужаса глазами… Мозг застыл от нелепости ситуации, замерз, превратился в амебу и отказался думать, хотя желающее жить тело еще что-то пыталось – ноги брыкались, руки отталкивали…

Мозг признал поражение, когда кровь чудовища начала капать мне на лицо, а его руки с невероятно острыми когтями начали драть одежду, разрывая вместе с нею и мое тело.

Не хочу… не хочу… Почему я?..

Я ведь так хочу жить!

Одна-единственная мысль билась в голове. Жить! Я хочу жить!

Вслед за осознанием этой простой истины пришло понимание, что если сейчас я его не убью, то он убьет меня.

Как Настю, как Свету и как Олега с Костей.

Понимая и то, что шанс у меня всего один, я применила проверенный метод – расслабилась и прекратила всякое сопротивление, чем он тут же воспользовался – возбужденно хохотнул и потянул меня из машины наружу. Бедняга. Как же ему, наверное, неудобно убивать и одновременно насиловать меня в таком тесном и не предусмотренном для убийства месте, как машина.

Не позволяя себе слез, которые могли помешать в самый решающий момент, я терпела даже тогда, когда он дернул меня за волосы, выволакивая из машины.

Я терпела, когда его когтистые пальцы порвали бюстгальтер и больно сжали грудь, оставляя на ней кровавые борозды.

Я терпела, когда он, не прекращая дергать за волосы, словно животное, начал рвать невероятно острыми зубами мое левое плечо.

Я терпела, потому что знала: этот чокнутый псих, возомнивший себя вампиром, должен отвлечься до такой степени, чтобы я получила реальный шанс.

Нож до сих пор торчал в его плече, так что все было идеально. Секунда – и нож в моей руке вновь, а он удивленно отстраняется, пытаясь понять, что происходит. Вторая секунда – резкий росчерк острейшего лезвия, и эта мразь отшатывается от меня, пытаясь руками зажать располосованное до позвоночника горло.

Я не оставлю тебе шанса, как ты не оставил его им.

Это было тяжело. Очень тяжело и очень больно. Болели сломанные ребра, болела кожа головы в том месте, где он дергал волосы, ныли многочисленные глубокие царапины, подкашивались ноги, дрожали руки, да и в целом все тело, но больше всего болели разодранные шея и плечо. Мне нужна аптечка. Много аптечек…

Нервно оскалившись и наплевав на то, что почти голая, я поудобнее перехватила нож и исподлобья посмотрела на все еще живого убийцу. Удар был идеальным, и монстр слабел с каждой секундой, теряя кровь литрами, но умирать отказывался. Он даже хотел наброситься на меня, но запнулся о собственную ногу и упал лицом вниз, да так и не смог встать.