Современный детектив. Большая антология. Книга 1

Особенно противного оттого, что ноздри щекотал запах кофе. — Налей и мне, пожалуй.

Каро грохнула своей чашкой о стол.

— Потому что ты помешана на поисках неземной любви, и пусть земная любовь стоит прямо перед тобой, ты ее в упор не видишь!

— В упор не вижу, потому что ее нет! — цинично ухмыльнулась Каро.

Я не ответила: пила эспрессо. Холодный цинизм — это неотъемлемая часть Каро. Нет, в ней есть и доброта, и теплота, и сочувствие, но только не в тот момент. В таких случаях мы с Мерли предпочитали ждать, пока лучшие стороны Каро снова проглянут сквозь толщу ее цинизма. И бывали вознаграждены.

Вначале Мерли и Каро удивились, узнав, что я совсем не купаюсь в деньгах, хотя и дочь популярной писательницы Имке Тальхайм (мать издавалась под девичьей фамилией, а после развода и вовсе вернула ее себе официально). Потом они поняли мою гордость, не позволявшую зависеть от родителей.

Однажды, незадолго до наших последних летних каникул, когда мы с Каро шли в бюро путешествий, она сказала мне, взяв под руку:

— А почему бы тебе не уладить этот вопрос с матерью? Бедняжка, наверное, уж не знает, куда девать бабки.

— Ах, Каро! Какая ты заботливая! — воскликнула я и остановилась. — Какое самоотверженное желание помочь моей матери избавиться от лишних денег!

— Да-да, — хмуро закивала она, — терпеть не могу видеть чужие страдания.

Переглянувшись, мы расхохотались. Я ни за что не стала бы просить денег у матери, и Каро это отлично знала.

Дни тянулись однообразные, скучные. Но это было хорошо. Он нуждался в размеренной, спокойной жизни. Чтобы держать себя в руках, и как можно дольше. Он вспоминал любимые фильмы: «Доктор Джекил и мистер Хайд», «Носферату», «Безумие», «Дракула» Брэма Стокера, «Молчание ягнят», «Ночь оборотня» и другие.

После каждого просмотра ему казалось, будто он нашел друга-собеседника, который его понимает. Может быть, это был режиссер фильма. Или один из актеров. Но когда он посмотрел документальный фильм о Хичкоке, был разочарован — таким старым, толстым, нервным и занудным показался ему знаменитый режиссер. Ему не верилось, что этот престарелый маменькин сынок снял «Психо». Чему он мог научить Клауса Кински, который играл главную роль в «Носферату»? Самодовольный фанфарон.

Однако — каждый из этих режиссеров знал его. Лучше, чем кто-либо другой — пусть они никогда и не встречались. Их фильмы проникали в самое его сердце, в его заветные, тайные мечты. В этих фильмах было все о нем.

Он любил старое кино. Прежде чем купить какой-нибудь DVD из новых, долго думал, сомневался. Он гордился своей коллекцией фильмов, равно как и библиотекой. Он считал, что у него хороший вкус: «Преступление и наказание» Достоевского, «Франкенштейн» Мэри Шелли, «Парфюмер» Патрика Зюскинда, «Кошачьи» Акифа Пиринчи.