Совращенная

– Я слишком молод, чтобы связать себя узами брака!

– Такие девушки, как Александра, большая редкость, болван!

– Я ничего не имею против Александры, да и против брака тоже, но, черт побери, отец, не сейчас. Может, когда мне исполнится двадцать пять.

– В своем ли ты уме? Да ее схватят, как форель наживку, стоит ей появиться в Лондоне! Ты что, слепой? Не заметил, как юный Хартингтон вокруг нее увивается? Наследница Лонгфордов не будет смирно сидеть в уголке, ожидая, пока ты наберешься храбрости сделать решающий шаг.

– А как же мое большое путешествие? Я хочу прокатиться по Европе, прежде чем меня поволокут к алтарю.

– В Европе идет война, или ты, как всегда, упустил из виду самое главное, идиот?

– Тогда я поеду на восток, в Турцию например. Хочу изучать искусство.

– В Турцию, черти меня побери! Искусством интересуются одни хлыщи да слюнтяи! Забудьте об этом, милостивый сэр, здесь я за все плачу. И кошелек открываю я!

– Я сам оплачу дорожные расходы. Мне уже двадцать один, содержание должно вырасти в два раза.

– Не зли меня, Кристофер! Я сегодня же урежу твое содержание, если не пообещаешь исполнить свой долг и обеспечить Хаттонам наследника!

Раздался тихий стук, дверь распахнулась, и на пороге появился Николас.

– Какого черта тебе надо? Вечно суешь свой грязный нос, куда не просят! – набросился на него отец.

– Я прошу! Хочу знать его мнение! – завопил Кит.

– Вы хоть понимаете, что гости всё слышат? – спокойно отреагировал Ник.

– Он хочет объявить о моей помолвке на сегодняшнем обеде! Как бы ты поступил, начни он настаивать на том, чтобы ты срочно женился на Александре Шеффилд?

Ник ничем не выдал удивления и быстро справился со своими эмоциями. Брат был похож на затравленного зверя. При одной лишь мысли о браке он начинал паниковать.

– Принял бы ее от всего сердца, – проговорил Ник.

– Я не готов жениться! – взвизгнул Кит.

– Свинья бесхребетная! Да у тебя храбрости только на карты, выпивку и проституток хватает!

– У него был хороший учитель, – вступился за брата Николас.

Глаза Кита превратились в щелки.

– У меня больше храбрости, чем ты полагаешь, отец, – процедил он сквозь зубы.

– Отлично! В таком случае веди себя по-мужски, когда на обеде будет объявлено о твоей помолвке. – Он бросил взгляд на часы из позолоченной бронзы, стоявшие на каминной полке, и взял из футляра ружье. – Десять, гончие уже наверняка готовы. Ты идешь, или у тебя не только для свадьбы кишка тонка? – ухмыльнулся лорд Хаттон.

Александра, как и прочие гости, слышала жаркую перепалку лорда Хаттона с сыном. Слов было не разобрать, но все поняли, что отец с сыном повздорили не на шутку. Правда, оставалось загадкой, который из братьев взбесил лорда Хаттона, хотя обычно это был Николас.