Совращенная

Замешенный на ярости страх придал ей сил, и девушке удалось выскользнуть из-под этого мужлана, готового изнасиловать ее.

– Поверить не могу, что вам нравятся подобные развлечения! – Из груди ее вырвался всхлип.

Она попыталась сбежать, но Николас поймал ее и прижал к себе.

– О, любовь моя, еще как нравятся!

Она дрожала в его объятиях, и он возненавидел себя за то, что сделал с ней.

– Ты даже не представляешь, какой опасности подвергаешь себя, Александра. – Он снял с нее маску. – Я едва не сломал тебя. В последний раз я видел тебя в костюме мужчины. Ты нарочно все подстроила! Слава Богу, выбрала меня для своих экспериментов! Большинство мужчин не стали бы церемониться, Александра! – Он завернул ее в свою накидку. – Марш наверх и немедленно сними этот непристойный костюм!

Теперь, когда она убедилась, что перед ней Николас, а его наглое поведение было вызвано не чем иным, как желанием преподать ей урок, Александра с облегчением вздохнула.

– Да как ты смеешь читать мне мораль, когда всего минуту назад готов был соблазнить меня?!

– Довольно пререканий, чертова кошечка! Идем. Нас не должны видеть вместе. Отец и так обвиняет меня в том, что я лезу на территорию Кристофера, а я этого делать не собираюсь.

Боль отказа и стыд еще больше разозлили Александру. Ну почему все считают ее собственностью Кита? Александра поплотнее закуталась в плащ и ринулась прочь, бросив через плечо:"

"– Ненавижу тебя, Ник Хаттон!

Когда на следующее утро отец вызвал к себе Кристофера, тот был уверен, что разговор пойдет о Разбойнике. На скачках он уступил скакуна Харту Кавендишу, но сегодня придется сесть на него самому, иначе скандала не избежать. Он всю неделю упражнялся в стрельбе и непременно подстрелит на охоте какую-нибудь дичь. А то и парочку. «Я покажу этой старой свинье!» – подумал он, постучав в дверь отца.

Стоявшие друг против друга мужчины были одеты в одинаковые желтовато-коричневые бриджи и кожаные сапоги для верховой езды. На обоих красные охотничьи куртки. Отец предложил Кристоферу кружку эля, и тот принял ее, хотя предпочитал виски. Он давно пристрастился к крепким напиткам, зная, что Генри Хаттон восхищается мужчинами, которые готовы выпить в любой час дня и ночи.

– Вчера я беседовал с Дотти Лонгфорд, и мы пришли к соглашению по поводу вашей с Александрой помолвки.

– Помолвки?! – ошарашенно уставился на него Кит.

– Да, объявим о ней сегодня на обеде в честь охоты. Можешь подарить ей мамино кольцо с бриллиантами и сапфирами.

Кристофер редко перечил отцу в отличие от брата, но сегодня был настроен решительно.

– Категорически нет! Этот вопрос даже не обсуждается.

– Какого черта ты хочешь этим сказать? – прорычал лорд Хаттон.