Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

— Постой-ка, ты мне так и не сказал, почему Галина пошла все-таки в ресторан!

Зная, что майор спешит, Семен сбивчиво, кое-как объяснил. Майор взял из корзины черновик шифровки, еще раз прочел вслух: «… дату штурма, наименование соединений радирую данные четыре…», потом пристукнул здоровой рукой по столу:

— Ох, и молодчага твоя Галина! Значит, ждет фон Крейц! Это ж блестящая идея!

Он откинул волосы, задорно блеснул глазами, надевая фуражку и, подойдя к двери, остановился, пропуская Семена. Но их задержал запыхавшийся пожилой капитан в пенсне. Комкая в руке мокрый от пота платок, он совсем не по-военному приложил к фуражке руку с листком бумаги."

"— Разрешите доложить, товарищ майор, — одолевая одышку, с каким-то торжеством сказал он. — Прочитали, наконец, вашу шифровку! Пожалуйста! Не такие мы бездарные, как вы думаете!

Майор зачем-то подмигнул Семену, потом сделал очень серьезное лицо, встряхнул, пожимая, руку офицера и сказал:

— Беру свои слова обратно, капитан!

Последняя шифровка

IНакануне, уславливаясь о встрече в ресторане, барон порадовал полковника новостями. Генерал представил фон Крейца к высокой награде, а обер-лейтенанта к чину гауптмана. Поздравляя молодого офицера, полковник с притворным вздохом пожаловался, что уже не помнит, как чувствуют себя люди, получая новый чин. Барон понял намек.

— До вечера, герр оберст, — сказал он. — Дядя любит письма красивые и почтительные. Мы обсудим это вместе.

Когда Галина вошла в ресторан, полковник любезно пригласил ее за свой столик и, знакомя с тремя младшими офицерами, словно между прочим справился:

— Что же вы одна, фрейлейн?

— О, герр оберст, это большой-большой секрет, — таинственно улыбаясь, пропела Галина. — Барон готовит вам сюрприз. Он немного задержится.

Полковник по-своему истолковал слово «сюрприз». Предоставив офицерам свободу наперебой ухаживать за фрейлейн, он приналег на ветчину.

Но время шло, а барон не появлялся. Полковник все чаще вытаскивал свои карманные часы.

Было десять минут двенадцатого, когда от страшного взрыва в городе на столике попадали бутылка и фужеры. Хватая фуражки, офицеры бросились на улицу. Увидев неподалеку багрово-дымное зарево пожара, полковник не потерял присутствия духа. Его «оппель-адмирал» стоял наготове. Зейцель предупредительно распахнул дверцу. Садясь в машину и отдавая распоряжения, полковник не забыл и о Галине.

— Гауптман Штирнер! Обеспечьте безопасность фрейлейн!

У фон Крейца не было прямых оснований задерживать Галину. Штирнер уже навел справку в Одессе. В штабе обергруппенфюрера Гортнера переводчица по имени Галина числилась с прошлого года, и ей действительно был предоставлен отпуск на семнадцать дней. Но опыт разведчика научил фон Крейца осторожности в чужой стране.